Трасса Киев-Бровары пустынна: изредка пролетает припозднившаяся иномарка да вдалеке виднеется ярко освещенная заправочная станция.

    -- Мы рано приехали, — объясняет мне мой спутник Сергей Артюхов, сотрудник отдела по борьбе с преступлениями, связанными с торговлей людьми Деснянского РУ ГУ МВД Украины в г. Киеве. — Наш контингент подтянется к полуночи.

    Портосиха — «ветеран» трассы

    Наш контингент — это «заплечные», проститутки самого низкого пошиба. Такие поджидают клиентов на дорогах и предлагают себя по бросовым ценам. Впрочем, нынче им вряд ли удастся заработать: у работников киевской «службы морали» по планам — «зачистка» трассы. В ожидании я топчусь около милицейской машины, на которой нет никаких опознавательных знаков, дабы не спугнуть раньше времени «ночных бабочек».

    Рядом с нами медленно проезжает иномарка. Из окна машины, как штурман из рубки, высунулся солидный мужчина.

Увлеченная беседой с оперативником, я не обращаю внимания на перемещения постороннего авто. Но когда автомобиль делает рядом с нами второй или третий круг, в голову закрадывается нехорошая мысль.

    -- Сереж, мне это только кажется или меня действительно пытаются снять? — подозрительно спрашиваю у оперативника.

    Он в ответ недвусмысленно улыбается. А я торопливо ныряю в милицейскую машину и уже из салона громко возмущаюсь. Совсем у водилы глаз нет: какая же из меня, одетой в джинсы и кроссовки, путана»? Насмотревшись красивых фильмов, я представляю себе ее не иначе, как в мини-юбке и сапогах на умопомрачительной шпильке.

    -- Это ты настоящих «заплечных» не видела, — машет рукой Сергей. — Вон, смотри, уже ведут...

    Сотрудники «отдела морали» успели прочесать солидный участок трассы и на место общего сбора действительно вернулись не одни. Вид их спутниц меня впечатляет.

    -- Знакомься, это Портосиха, «ветеран» трассы, — шепчет мне кто-то из оперативников, кивнув на колоритную тетку в спортивном костюме.

    Портосиха между тем громко возмущается, клянется, что из-за беременности давно не работает, а в доказательство демонстрирует оперативникам свой сильно округлившийся живот — восьмой месяц, не меньше. Я перемещаюсь поближе. Заметив мой интерес к своей персоне, тетка, не смущаясь, откровенничает. По ее словам, она одна из первых проституток, «открывших» эту трассу. Раньше Портосихи на эту дорогу вышла только некая Аня, которая проституцией уже не занимается по причине «старости». Ей тридцать. Кстати, самой Портосихе всего лишь… 25. Из них девять лет она стоит на трассе.

    -- А что делать? — взывает дама к моей жалости. — У меня сынишка подрастает, его кормить надо.

    Я возражаю: зарабатывать можно и более приличным способом — на рынке, например.

    В ответ собеседница презрительно фыркает, мол, мерзнуть за прилавком за 20 гривен в день она не намерена.

    Заплатила штраф — и снова на работу

    -- Вообще эти дамы и беременные на трассу выходят, — говорит Сергей. — Если не могут обслужить клиента, как обычно, предлагают оральный секс.

    Как мне рассказывают, подобное удовольствие на трассе стоит примерно сто гривен. Час классики — 150—200 грн. По цене можно легко узнать, «работает» путана одна или трудится под чутким руководством сутенера. В последнем случае стоимость ее услуг дороже. Ведь своей «крыше» проститутка обязана отстегнуть половину заработка. Еще одна статья расходов для путан — оплата работы таксистов, которым они отдают примерно 10% от заработанного. За своего рода иллюзию мужской защиты. Кроме того, в машине можно оставить на хранение свои деньги или воспользоваться водительскими услугами, если клиент собрался везти путану в сауну. А еще таксист забирает «труженицу» после работы.

    Уже на обратном пути в райотдел опера замечают на обочине стайку девчушек. Юных фей мы тоже забираем с собой. Я интересуюсь именем и возрастом у той, что разместилась на заднем сиденье нашей машины. Тревожно поблескивая красивыми черными глазами, барышня говорит, что ей 18 лет и ее зовут Кирой.

    -- Врешь, — вторая наша пассажирка, 24-летняя Анжела, недружелюбно косится на соседку. — Тебе четырнадцать. Я твоих сестричек хорошо знаю. Особенно старшую, Юльку…

    Уже мне Анжела жалуется на подлость этой Юли, которой она доверила ненадолго деньги, да так больше своих кровно заработанных 200 баксов и не увидела.

    Разношерстную группку проституток оперативники выгружают около райотдела. «Девочки» дружно достают сигареты.

    -- Пять минут на перекур, — разрешает Сергей и тут же безапелляционно отбирает сигарету у Киры. — А тебе не курить, а еще в куклы играть надо.

    В райотделе проституток регистрируют и составляют админпротоколы. В суде дамам предстоит заплатить штраф — аж... 170 гривен!

    Первый раз — в 12 лет

    Пока оперативники регистрируют взрослых путан, Сергей вызванивает родителей малолетних «бабочек»:

    -- Инна Григорьевна? Извините, что так поздно, вас из милиции беспокоят. У нас находится ваша дочь, 16-летняя Лена. Вы сможете сейчас приехать забрать ее? Что значит «не могу среди ночи»? Ваша дочь была задержана на трассе, она продавала свое тело, вы это понимаете?! Приедете утром? Да, будем ждать...

    Вторую барышню из многодетной семьи, 17-летнюю Катю, должны вот-вот забрать родители. С Кирой сложнее: ее мама живет в Волынской области. 14-летняя девочка сама охотно говорит об этом. Я внимательно слушаю, и Кира, благодарная за мое сочувственное молчание, легко рассказывает о своей судьбе. О первом разе, который был у нее в 12 лет, со старшеклассником. О двух старших сестрах — они давно уже стоят на той же трассе, поэтому выбор «профессии» для Киры был определен заранее. О клиентах — разные они бывают, поэтому на работу девочка выходит только в кроссовках, и всегда готова дать стрекача.

    -- Я никогда не выполняю заказы клиента, если не хочу, — хорохорится Кира. — Один в сауне потребовал анального секса. Когда я отказалась, он нагло заявил: «Кто тебя будет спрашивать?». Тогда я разбила бутылку шампанского и «розочкой» его чиркнула по этому самому месту… И деру!

    Юная «бабочка» довольно улыбается. Она явно гордится своей смелостью.

    Я смотрю на ее нежное личико, и в груди что-то сжимается от пронзительной жалости. Что эта девчушка видела в своей жизни? Только трассу и бездушных клиентов, которые готовы «оприходовать»малолетку вшестером (был в жизни Киры и такой эпизод, вырвалась чудом). Что ждет ее в будущем?.. Да какое будущее у «заплечной»! Если повезет, и ее не собьет на дороге машина, не прирежет какой-нибудь клиент-псих, лет через пять Кира обрюзгнет и превратится в очередную Портосиху с циничными, усталыми и потухшими глазами.

    …Два часа ночи. Рабочий день оперативников закончен. Мы молча едем по ночному Киеву. И хотя я не курю, но в этот момент очень хочется достать сигарету.

    Евгения СКРИПНИЧЕНКО