Как предотвратить превращение Киева в Вавилон

На неизбежных путях мировой человеческой интеграции едва ли не важнейшим является сбережение традиционных, этнических черт нации, сохранение ее духовности, менталитета, морали, всего того, без чего не формируется самодостаточность любого народа, историческая его оправданность на лике Земли и что однозначно определяет его будущую устойчивость и выживаемость в конкурентных реалиях мира.

Для сохранения национальных качеств и традиций у нас, к счастью, делается немало. Это и усилия по утверждению украинского языка, частые и оправданные обращения к фольклористике, переосмысливание своей истории, отдельных фактов, роли личностей.

В контексте проблемы мы обязаны по-иному взглянуть на редчайшую драгоценность, оставшуюся нам от пращуров, но использующуюся нами явно не на пользу.

Речь идет о нашей столице Киеве. Он — мать городов русских, он — исторический центр восточноевропейского славянства, он — столица Киевской Руси. Киев — символ Украины и таким должен остаться на века. Однако сейчас его судьба как источника украинских и славянских тысячелетних традиций, как гаранта их сохранения поколеблена. Он, к сожалению, быстро развивается как мегаполис, а не как центр нашей самобытности и культуры.

Сказанное можно подтвердить несколькими, но значимыми обстоятельствами.

Бурное строительство жилья никак не сопрягается ни с перспективами экономического развития Киева, ни с ландшафтом города, ни с расположением исторических мест и рекреационных зон, которыми знаменит город на весь мир. Это жилье — одно из самых дорогих по сравнению с европейскими столицами, а поэтому не рассчитано на среднестатистического киевлянина. Дорогое жилье предназначено, в большинстве случаев, для вложения бог знает каким путем нажитых капиталов. Планы уничтожения зеленых днепровских склонов для размещения на них строительных участков приведут к изменению традиционного ландшафтного облика Киева. Подобное коммерциализованное градостроительство перечеркивает долгосрочные планы развития: ведь новостройки возникают там, где их удается втиснуть строителям, своей бесцеремонностью побуждая к сопротивлению местных старожилов, а не на месте устаревших пятиэтажек, что естественно для осовременивания города и быта киевлян.

Вероятно, десятки бригад псевдопроектантов сейчас рыщут по городу в небезуспешных поисках очередных строительных площадок. Причем здесь стратегически долговременный план развития города? Можно быть уверенным в том, что пока читатель прочтет эту статью, еще одна исторически девственная территория города рухнет под напором активных стяжателей и при странном попустительстве городских властей. Этот процесс продолжается уже немало лет, но сейчас он достиг апогея из-за громадных технологических возможностей современной индустрии строительства. Этот гибельный для города процесс может остановить лишь сопротивление городской громады, которая не допустит превращение Киева в этакие кирпично-асфальтовые джунгли, где нет места паркам, садам, газонам, зелени. Неужели победа над природой — цель градостроительной концепции престольного славянского города в XXI веке?! Давайте помнить, что еще 20 лет назад в пределах города зеленые насаждения составляли почти 45 тыс. га, на каждого жителя города их приходилось 181 м2.

Кроме принципа «втискивания», градостроительная наука могла бы предложить и другие концепции роста города. Например, это может быть строительство возле Киева городов-спутников в 30—50 км от центра города, причем новые города могут быть не только «киевскими спальнями», в них должны размещаться промышленные, культурные и пр. предприятия. По пути создания городских конурбаций, насчитывающих от одной пятой до одной десятой всего населения страны, идут многие столицы (например, Лондон, Париж).

Совсем на поверхности лежит концепция массового освобождения территорий сносом устаревшего жилья («хрущевок» и др.). Конечно, это удлиняет и удорожает строительство, но, главное, из-за чего оно всерьез не рассматривается, — это нежелание отдавать часть построенного жилья жителям сносимых зданий.

Киев сейчас требует развития социальных программ, в первую очередь, не сверхдорогого, а социального жилья, поликлиник, больниц, санаториев, домов отдыха, рекреационных зон и объектов. Вспомним, что в стране 800—900 тысяч молодых семей нуждаются в жилье, определяя печальную демографию государства, иными словами, жилье — фактор национальной безопасности Украины. Не станем забывать, что население города переживает многолетнюю эпидемию туберкулеза, СПИДа, возрастающую волну преступности, что в Киеве обитают тысячи бесприютных детей, бомжей, для которых город — центр притяжения.

Строительство сверхдорогого жилья сопрягается с апокалипсическим бумом роста количества автомобилей, гаражей, стоянок и др., что не только усложняет экологию, движение, но и портит внешний облик города. В связи с этим бумом появились «чудо проекты» «прокалывания» города скоростными и высокопропускными магистралями над городом (Воскресенка — Труханов остров — Подол — Лукъяновка — Центральный железнодорожный вокзал — Жуляны) и под ним (Левобережье — площадь Победы, площадь Победы — Московская площадь).

Общественное онемение или равнодушие однажды (полстолетия назад) уже сослужило Киеву плохую службу, когда был запланирован метрополитен с пятивагонным составом вместо семи-восьмивагонного (по этому показателю наш метрополитен худший в СНГ). В век авторитарный советоваться с людьми, сейчас бы мы их назвали электоратом, было не в моде, из-за чего властями допускались в вопросах развития города непоправимые ошибки. Поэтому сделать киевское метро комфортным уже не удастся никогда. Здесь уместно ремствовать на тему о том, что планирование и выполнение планов развития общества, городов возможно лишь духовно развитым этносом, что отсутствие, в том числе долгосрочных, планов застройки — признак возобладания сиюминутных интересов, как и временщиков в управлении, удел хаотичного градостроительства, приводящего к появлению «шанхаев», а затем срочного преодоления «неожиданно» возникших неприятностей. Пример, ненадлежащее планирование «дешевой» ветки наземного левобережного метро. Последствия известны: выведения колоссальных городских площадей из зон «жизни», многогектарные транспортные развязки, искусственное разделения районов города, шум и пр. Многие ветки метро — да это и сейчас планируется — проходят не по жилмассивам, а по их окраинам. Этим сохраняется, к сожалению, необходимость дополнять метрополитен развитой автобусной сетью. Ведь доля киевлян, пользующихся для поездки на работу и обратно только метро, обидно незначительна.

Однако резонен вопрос — что же делать с автомобильными пробками, с нашими в большинстве двухполосными улицами, отсутствием транспортных развязок и т.д.? На этот риторический вопрос можно ответить просто — ничего сделать нельзя, если количество автомашин удваивается за пять лет. Строительный и автомобильный бум при нашей неоправданно высокой централизации управления может привести к коллапсу нашего города, что, конечно же, не совместимо с историко-архитектурным содержанием и ролью, который мы вкладываем в наш исторический Киев. Вывод на поверхности — нынешнее развитие Киева плохо совмещается с сохранением его как центра славянских традиций и грозит превратить его в безликий мегаполис с опасной тенденцией поглощения в себе населения значительной части страны. Сейчас население Киева растет за счет продавцов, а не производителей. В настоящее время население столицы составляет 5% населения государства, но, видимо, оно может увеличиться за ближайшие 30—50 лет до 10 и даже 20 процентов. Такую судьбу переживают, главным образом, столицы слаборазвитых стран Южной Америки, Азии, где безработное население ищет условия для трудоустройства. У Киева уже был печальный опыт, когда его население возросло почти втрое менее чем за 20 лет (в 1955 г. в городе было около 900 тыс. жителей ).

Для того чтобы не повторять сценарий жизни «банановых стран», но главное — с целью сохранения Киева как исторического центра, возможно обсудить иной путь его развития. Он заключается в переносе административного центра управления страной из Киева в другое место Украины. Автор отдает себе отчет, какую бурю благородного негодования он может вызвать у читателя.

Но давайте разберемся. Строительство административного центра страны в качестве столицы в относительно небольшом городе — практика известная. В 1791 году с этой целью был основан Вашингтон. В XX веке Западная Германия основала столицу не в Мюнхене, Гамбурге или Франкфурте, а в небольшом Бонне. В 1960 г. Бразилия построила себе новую столицу г. Бразилиа (перенесена из г. Рио-де-Жанейро в одну близкую к географическому центру страны слабо освоенную местность). И совсем недавняя история — Казахстан перенес свою столицу из Алма-Аты в Астану. В каждом из этих и других случаях административно-политические задачи считались не совместимыми с экономическими, торговыми и культурными. Независимость политической и судебной власти, уменьшение влияния коррупции и сосредоточенного капитала несомненно оздоравливают законодательную и исполнительную власть любого государства.

А вот почему Богдан Хмельницкий, словами П. Загребельного, избрал своей столицей Чигирин, а не Киев: «В Киеве легко успокоиться, зазолотиться и сгубить свое дело… Жить в Киеве такое великое счастье, что это угрожает отупением чувств, потерей интереса ко всему, что вне этого города».

В случае с Украиной к этому добавляется самое заветное и важное — сохранить Киев как наш национальный символ и как природную ландшафтную неповторимую зону и двухтысячелетний исторический центр, как исток православия, место крещения православных христиан.

Чтобы решить такую историческую задачу, нужно преодолеть три барьера (назовем их в порядке убывания значимости) — определить местонахождение новой столицы, дать ей достойное имя и найти средства для строительства.

Место новой столицы Украины должно отвечать ряду условий. Она должна расположиться вблизи геометрического центра страны, весьма приемлемо ее нахождение на берегу Днепра, и последнее — это место должно быть связано с историей Украины. Что касается ее названия, то отнесем его нахождение к прерогативе всего украинского народа путем проведения, например, референдума. Экономическая проблема строительства столицы не кажется чрезмерной, если, например, определить сроки ее создания в пять лет и если мы будем уверенными в том, что при создании ее нас поддержит, в том числе материально, весь славянский мир, потому, что дело сохранения Киева и благодарно и благородно. Экономические условия проекта можно считать преодолимыми, ведь мы готовы потратить на строительство одного, но сверхшикарного вокзала в Дарнице около 2% годового национального бюджета, а на строительство нового автомобильно-железнодорожного перехода через Днепр в Киеве — вряд ли меньше (к чему уже приступили даже широко не обсуждая эти колоссальные стройки с населением города, но зато уже включаясь в гонку за гигантизм древнего Киева).

Киев, в конце концов, заповедная зона, это понятие обозначает не неизменность, законсервированность, а завещанное предками потомкам. Заповедное — какое глубокое, душевное слово. Неужели мы нарушим заповедь потомкам и не сохраним наш город как памятник прошлого и национальную основу будущего.

Сохранение Киева как межгосударственного центра славянства и создание современных условий для управления страной будет благодарно оценено потомками, как убедительное свидетельство нашей дальновидности, мудрости и способности стать выше сиюминутных проблем в пользу будущего. В конце концов, сохраняющий историю сохраняет себя и в будущем.

Юрий Зиньковский, "Зеркало недели"