Пять лет назад у всей страны на виду в столице было совершено святотатство: местная власть фактически надругалась над тысячелетней историей Киева, которую похоронили под гусеницами бульдозеров, предварительно разрыв экскаваторами Майдан Незалежности, чтобы превратить его в заурядную базарную площадь

Осуществлялось это под благим предлогом: десятилетие независимости Украины необходимо "отметить" воздвижением на Майдане соответствующего монумента. А уже в процессе авральной работы все свелось в основном к "воздвижению" на главной площади страны... подземных бутиков. Так Майдан впервые был изнасилован его величеством Капиталом...

Когда в Киеве объявили конкурс на сооружение лучшего памятника Независимости Украины, свою идею такого монумента (в контексте мировых образных традиций) предложил и Анатолий Кущ. Суть его замысла состояла в том, что на главной площади страны —  Майдане Незалежности — должна была предстать в монументах и архитектурных решениях  многовековая история страны.

— Задумка была какая? Всякое государство складывается, как из кирпичиков, из своих крупных деятелей. Кто-то это государство основывает, кто-то его строит, кто-то делает независимым. Все это — труды "администрации": князей, гетманов, президентов. Вторым "крылом" идеи являлась духовность — лидеры, начиная от Нестора Летописца до современных писателей, поэтов, художников, выдающихся деятелей церкви. Словом всех тех, кто создает "духовную государственность" внутри человека. Это и должен был отразить монумент, — рассказывает Анатолий Васильевич.

Мы беседуем с ним в знаменитой мастерской на улице Филатова. Раньше здесь творил незабвенный Иван Кавалеридзе. Теперь вот хозяйствует Анатолий Кущ. Он не сразу согласился на встречу. Долго оттягивал ее (видимо, не желая говорить о проблемах Майдана). Но наконец согласился. И вот я сижу в полутемной мастерской, сплошь заставленной гипсовыми и бронзовыми "метровками" (небольшими, высотой около метра, копиями скульптур), слушаю Куща, и смотрю на монитор компьютера, где кадр за кадром возрождается Майдан — такой, каким задумывал его автор...

— Основу, квинтэссенцию монумента должна была составить композиция, отражающая более чем 1000-летнюю драматическую историю Украины, — продолжает Анатолий Васильевич. — Комплекс должен был органично включать в себя существующие рельефы и архитектурные формы. Предполагалось повторить в контуре монумента даже пирамидальные очертания отеля "Украина". Колоннада консерватории с одной стороны и колоннада Дворца искусств с другой должны были органично сочетаться с колоннадой галлереи "Державотворців", в крыльях которой следовало установить двенадцать фигур — князей Аскольда, Вещего Олега, Святослава, святой княгини Ольги, князей Ярослава Мудрого и Владимира Мономаха, гетманов Мазепы, Хмельницкого, Конашевича-Сагайдачного, первого президента Украинской Народной Республики Михаила Грушевского и других. На крыльях колоннады "Державотворців" предполагалось разместить беломраморные рельефы с изображениями творцов украинской духовности — Нестора Летописца, Андрея Первозванного, Антония и Феодосия Печерских, живописца Алипия, лекаря Агапита, Григория Сковороды, Феофана Прокоповича, Петра Могилы, Галшки Гулевичивны, Котляревского, Тараса Шевченко, Николая Гоголя, Михаила Драгоманова, Андрея Шептицкого и других. На верхней площадке, на постаменте в форме креста — символа непоколебимых христианских традиций — должна была стоять 25-метровая колонна, увенчанная 6-метровой окрыленной фигурой Украины-Оранты, несущей ветку Калины.  Над левым  пилоном должны были парить конные знаменосцы времен Владимира Великого с гербом Киевской Руси. Над правым — конники-знаменосцы времен Богдана Хмельницкого... Из-под колонны должна была спускаться, словно волны Днепра, величественная лестница, завершаясь на нижней площадке 6-метровой скульптурной композицией, изображающей основателей Киева...

Так было задумано. Однако то, что получилось, — совсем не то, что я предлагал! Майдан не стал главной площадью страны, центром духовности и независимости. Получалось в итоге площадь базара — большого рынка, а не площадь государственности. Майдан не стал цельным, из всего, что намечалось, осталось всего лишь два элемента. Остального, основного — нет. И, когда смотришь на эти остатки, странным и непонятным кажется все, что находится на площади.

Видите? — останавливает скульптор компьютерную "экспозицию" своего проекта. — Там, где разместился "Глобус", должен бы находиться музей. Музей государственности. С этой концепцией мы и выходили на сооружение монумента...

—  Кто же принял такое решение?

—  Сложно сказать.  Полагаю, что городские власти. Тут, конечно, немало странного. Градостроительные советы проходили абсолютно нормально, законно. Были приняты конкретные решения, была принята концепция: создать монументальную композицию с музеем. А в итоге, когда начали строить, все пошло по другому пути. Мне кажется, все дело в том, что строили объект не на бюджетные деньги.  Все  возводилось на деньги тех, кто "имеет право" на помещения "Глобуса". Как говорится, кто платил, тот и заказывал музыку.

— В итоге мы получили то, что хотели они?

— Да, получили не монумент, не Центр государственности, а просто базарную площадь с большим количеством "стеклянных элементов". Я не против бизнеса, не против концертов.  Но представьте состояние человека, когда он  находится  на площади   среди державотворцев, когда есть тут дух государственности. Это хорошо, это правильно. И совсем другое дело, когда видишь толпы  пришедших просто  потусоваться и выпить пива...

Ну, это так, мысли о самой площади. А еще хотелось бы несколько слов сказать об Оранте, которую некоторые архитектурные "авторитеты" называют "какой-то этнической девушкой, стоящей наверху римской колонны". Во-первых*, колонна эта не римская, а греческая. Коринфская. А потом... Давайте посмотрим на метровую модель. С нее я увеличивал Оранту. Видите? Некоторые элементы ушли. В том варианте, что стоит на площади, нет чепца, нет орнаментов...

— Куда же они подевались?

— Опять-таки, не моя прихоть. В общем, ко мне приходила киевская власть — Александр Омельченко, с ним еще человек пятьдесят (районные главы, замы), и каждый давал советы: мол, это должно быть так, а это — иначе. В итоге Оранта стала совсем другой. И еще — кто-то сказал, что она похожа на мою дочь. Сан Саныч возмутился: "Как это так? За наши деньги увековечиваете родных!". Что сказать об этом? Глупость! Но в итоге пришлось и лицо менять...

— Хотя менее красивой Оранта все равно не стала...

—  А вот о площади такого не скажешь.  Незавершенным остался замысел. Поверьте, никакой художник не хочет сделать произведение хуже. Но, когда приходят к нему и начинают давить, переиначивать, получается то, что произошло с киевским Майданом. Этого никто не знает и не видит. Потому и говорят: это он виноват, это он такое натворил... А если честно, то в первых вариантах я вообще не хотел ничего на площади менять — все до последнего деревца должно было оставаться на своих местах! И если нынче Майдан выглядит другим, то, поверьте, не только скульптор к этому руку приложил...

Досье

Анатолий Кущ — автор уникальных работ, украшающих скверы и площади многих стран мира. Его молодого Тараса Шевченко обожают варшавяне. Памятниками "Жертвам голодомору в Україні 1932-1933 років", Геродоту и Богдану Хмельницкому гордятся жители американских городов Блумингдейл, Иллинойс и Рокфорд. Произведения мастера хранятся в лучших музеях и частных коллекциях Украины, Великобритании, Германии, России, Венгрии, Японии, Швеции... Скульптор создавал зал приемов, холлы и аллеи знаменитой "дачи Горбачева" в Форосе. Его монументальные ансамбли "Ярославна", "Баян" и "Князь Игорь" придают особый, былинный облик Новгороду-Сиверскому.

Евгений ПАСИШНИЧЕНКО, "Киевский регион"