Чернобыльская осень 1986 года в Киеве

Вместо предисловия

Впрочем, то, что прессе в независимой Украине стало дышать вольнее, нежели в советские времена, сомнений не вызывает даже у самых яростных критиков этой самой независимости. Ведь даже во времена кучмовских "темников" не было, по крайней мере, официального цензурирования СМИ со стороны государства.

Тем временем даже в столь либеральные советские времена, как горбачевская эпоха функцию цензуры кроме так называемого Главлита выполняло еще множество официальных инстанций. Осенью 1986 чернобыльского года к их сонму присоединились Государственный комитет по использованию атомной энергии СССР и даже – Министерство здравоохранения СССР.

Для центральных газет был установлен следующий порядок публикации любых материалов, связанных с Чернобыльской катастрофой: сперва редакция направляет готовящуюся к печати рукопись в Госкоматом, и если у него нет замечаний, то после – в Минздрав.

В то время я работал собственным корреспондентом "Литературной газеты" по Украине, и именно такая судьба постигла мой материл о послечернобыльском Киеве. В конечном итоге он так и не был опубликован, поскольку Минздрав его зарубил…

Сегодня этот материал напоминает некоторые фамилии и события, которые осенью 1986 года были на слуху.

***

***

«ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА»

Отдел ______________________________________ №_______________

(Без соответствующего оформления материал в набор не принимается)

Автор______________________________________ Готовил к печати_________________________

Зав. отделом________________________________ Цитаты, факты, имена проверил____________

Редактор отдела_____________________________ Дата сдачи материала в секретариат_________

Ответ, секретарь_____________________________ Рецензируемую книгу читали т.т. ___________

Шрифт_____________________________________ ________________________________________

Радиация и недомолвки

Я получил письмо по поводу напечатанной в "ЛГ" моей корреспонденции о первой коренной жительнице Припяти Вике Куринной. Киевлянин, доктор геолого-минералогических наук Е.К. Лоссовский, которому эта заметка в целом понравилась, упрекнул меня: "Публикации недостает важной детали: кто эта - "авторитетная комиссия, куда входят и медики", пришедшая к выводу, что радиационная и гидрологическая обстановка в Киеве и прилегающих к нему районах "не представляет никакой угрозы для здоровья и жизни детей"? Каковы имена членов этой авторитетной комиссии и каков их профессиональный уровень?"

Я согласен с Е.К. Лоссовеким. Как говорится, страна должна знать своих героев. И теперь у меня есть возможность назвать одного из тех, кто взял на себя ответственность за решение наших судеб, судеб наших детей и внуков. Итак, запомним эту фамилию: А.М. Касьяненко. И должность его сегодняшнюю запомним: главный санитарный врач Украины, заместитель министра здрав охранения УССР. Пройдут годы - и, может быть, нам еще доведется вернуться к тем победным реляциям по поводу радиационной обстановки в Киеве и других населенных пунктах, задетых чернобыльской бедой, с которыми тов. Касьяненко выступил в конце сентября по украинскому телевидению и радио. С безапелляционностью ротного старшины ученый муж заверял нас чуть ли не в том, что он лично скомандовал радионуклидам: "Из городов и поселков в небытие – шагом ма-арш!" И поэтому мы можем теперь не ограничивать себя ни в чем, вести прежний образ жизни, и о здоровье как своем, так и подрастающего поколения тревожиться не больше, чем мы тревожились до аварии на Чернобыльской АЭС.

Впрочем, для наглядности приведу несколько цитат из выступления А.М. Касьяненко, которое записал на магнитофон:

"По сути дела вся территория нашей республики возвратилась к тому состоянию, которое было до аварии на Чернобыльской атомной электростанции. Таким образом, гаммафон практически нормализовался.

Овощи, фрукты - в общем, они не представляют собой никакой опасности для населения, и поэтому их можно совершенно свободно употреблять.

Продукты питания, реализуемые через всю торговую нашу сеть и даже через рынки, - они, в общем, соответствуют, тем требованиям, которые предъявляются на сегодняшний день сельскохозяйственной продукции.

У нас грибы вполне соответствуют тем нормативам, которые введены Министерством здравоохранения.

Я как главный санитарный врач, в общем, держу на особом контроле - я и мои заместители, вся система нашей службы - молоко и молочные продукты. Я должен сегодня подчеркнуть, что наша служба, а затем подключившаяся служба Агропрома вполне справилась с той задачей, которая была перед ними поставлена - не допустить с высоким содержанием радиоактивного йода к населению молоко и молочные продукты.

Нет повышенного содержания радионуклидов в том мясе, которое поступает в город Киев. Поэтому все разговоры о том, что нужно ограничивать прием мяса, - они ни на чем не основаны. Имеются в мясе радиоактивные вещества. Их там настолько незначительные количества, что ими можно просто пренебрегать.

Могу подчеркнуть: рыба, такая, как лещ, плотва, густера, окунь, судак - она не представляют никакой опасности.

Я должен отметить, что вокруг этих листьев (опадающих осенью с деревьев. - С.К.) - какой-то нездоровый ажиотаж, слишком mhого слухов, причем слухов, ни на чем не обоснованных. Листья в настоящее время практически никакой опасности не представляют. Листья уже смыты, листья много раз обрабатывались природой, и поэтому на листьях практически осталось очень мало радиоактивных веществ. Но ведь мы в Киеве да и в других населенных пунктах всегда убирали листья из парковой зоны. Вот поэтому и в этому году, не потому, что эти листья представляют какую-то особую опасность для населения, а потому, что это чисто, я бы сказал, гигиенические, санитарного порядка мероприятия, листья будут вывозиться из города так же, как они вывозились ежегодно.

Мы рекомендуем всюду отдыхать. Ну, в частности, там, где имеется леса - Пуща-Водица, Ворзель, Конча-Заспа и другие. Ведь фон тут повсюду нормальный, вот и можно пользоваться, я подчеркиваю, и теми красотами, которые дает лес.

Те, кто пытается позлословить, говорят: "А вот видите, наверное, плохо все-таки: рекомендуют в садиках заменить песок в ящиках для игры детей". Да ведь каждый год, каждый год этот песок обязательно менялся. И в этом году он меняется. И в этом ничего неестественного нет, это обычная профилактическая мера. Поэтому я подчеркиваю: нужно возвратиться к нормальному образу жизни любого детского учреждения".

***

На следующий день после этого выступления телефоны редакций республиканских и городских газет, радио и телевидения не умолкали. Звонили и в Киевский корпункт "Литературной газеты". Те, кто обращались в редакции, были возмущены легковесностью высказываний главного санитарного врача республики, его стремлением выдать желаемое за действительное, его косноязычными недомолвками, прикрытыми туманными вводными словами "практически", "в общем", "вполне" и т.д., его безудержной тягой к прежней практике некоторых руководителей: первыми отрапортовать, а там - хоть трава не расти».

Одним из тех, кто позвонил в Киевский корпункт "ЛГ", был наш давний автор, академик АН УССР Андрей Михайлович Гродзинский*, директор Центрального республиканского ботанического сада, украинской Академии наук, академик-секретарь ее отделения общей биологии. Давайте запомним и его фамилию. Думаю, что через много лет мы с благодарностью будем говорить об этом известном украинском ученом, который свое интервью для "ЛГ" о положении дел в Киеве и прилегающих к нему районах после аварии на Чернобыльской АЭС, начал так:

- Недомолвки опаснее радиации. Поэтому выступление А.М. Касьяненко, цель которого, очевидно, состояла в том, чтобы успокоить киевлян, вызвало у них, как и всякая полуправда, лишь обратную реакцию. Мне также было неприятно, что ведущий специалист республики, сказавший правду в главном, очень много по мелочам недоговаривал, а кое-что пытался довольно неуклюже скрывать. Вот почему у слушавших и смотревших эту передачу, или читавших ее изложение в газетах, остался на душе неприятный осадок.

Утверждения А.Н. Касьяненко об относительной безопасности людей, живущих за пределами 30-километровои зоны, во многом верны и сомнения не вызывают. Однако заявлять, будто гаммафон повсеместно возвратился к тому уровню, который был до аварии на Чернобыльской АЭС, думается, еще рано. Ведь, как известно, после взрыва на четвертом энергоблоке ветер разнес по большой территории радиоактивные аэрозоли. Реактор "дышал" в течение пяти месяцев, все реже и реже, но аэрозоли все шли и шли. И вместо того, чтобы предупреждать население не только о погоде на завтра, но и о радиационной обстановке, власти стремятся сделать из этого секрет. Но это - секрет полишинеля. Выяснить, каков радиационный фон в действительности, сегодня для киевлянина не составляет большого труда. У формирований гражданской обороны есть дозиметры, имеются они во многих учреждениях, у приезжающих в город иностранцев. Отсутствие же объективной информации привело к тому, что люди перестали верить официальным данным, тем более, что данные эти бывают завуалированы до такой степени, будто всех нас кто-то упорно подозревает в связях с иностранной разведкой.

Этим немедленно воспользовались нечистые на руку "умельцы", которые за четвертак продают самодельные радиометры. И, наконец, еще один источник распространения информации - слухи. Сведения, передающиеся из уст в уста, обрастают огромным количеством таких фантастических деталей, по сравнению с которыми сказка об Иванушке-дураке выглядит научным трактатом.

Казалось бы, в сложившейся обстановке органы здравоохранения специалисты санэпидслужбы, гидрометеослужбы и т.д. должны были бы по крайней мере ежедневно (как тот же прогноз погоды) сообщать правдивую, подробную, грамотную и обоснованную информацию, сопровождающуюся доходчивыми разъяснениями: как людям себя вести, как оградить себя, своих детей и внуков от невидимой, загадочной и мало кому известной опасности.

Но что же происходит в реальности? Полное отсутствие цифровых данных, сведений о тех или иных радионуклидах, об их биологическом воздействии (хотя это описано в научно-популярной литературе и, казалось бы, тайны составлять не должно) и т.д. В первые дни мая северней ветер упорно гнал на Киев радиоактивные аэрозоли, поднимая пыль. По городу поползли слухи, но асфальт не поливали, чтобы никто не по .думал, будто мы чего-то боимся. Наконец на десятый (!) день после аварии на Чернобыльской АЭС выступил министр здравоохранения УССР А.Е. Романенко, который в осторожнейших выражениях, где намеками, где намеками на намеки рассказал, как следует киевлянам вести себя в сложившейся ситуации, что им можно есть, а чего не нужно, какие санитарно-гигиенические меры необходимо соблюдать особенно тщательно. Но, видимо, и эта полуправда показалась слишком опасной даже в период борьбы за всеобщую гласность. И тогда по украинскому телевидению выступил с четвертьправдой директор Института общей и коммунальной гигиены Минздрава УССР профессор М.Г. Шандала, который объявил, что ничего страшного в радиации нет.

Барабанный бой благополучия по украинскому телевидению и радио продолжается. Искаженная информация, поступающая к людям из неофициальных источников, приводит к тому, что они начинают паниковать, опасаясь есть и пить, открывать окна, выходить на улицу и т.д., либо же, махнув от отчаянья рукой на все и предосторожности, едят, пьют что попало, совершают явно бессмысленные и опасные действия.

- Какова, по вашему мнению, сегодняшняя радиационная обстановка в Киеве и прилегающих к нему районах? – спросил я академика Гродзинского.

- Гаммафон действительно снизился весьма заметно, но зато увеличилось содержание радионуклидов, обладающих мягким бета-излучением, которое не фиксируется обычными дозиметрическими приборами. Появились и вовсе трудно определяемые альфа-излучатели, которые можно обнаружить лишь при помощи специальной аппаратуры. Представляет ли это опасность? Да, представляет. Хотя уровень радиоактивного загрязнения ими и невысок. Вероятно, мы уже переживали такие, а, может быть, и большие загрязнения, когда в конце пятидесятых – в начале шестидесятых годов на земле и в воздухе проводились испытания атомных и термоядерных взрывных устройств. Думаю, и в Киеве сегодня радиационный фон колеблется в тех же пределах.

Заметили ли мы что-нибудь тогда, 20-25 лет тому назад? Пожалуй, нет (во всяком случае, в газетах об этом не писали), разве что появилось множество акселератов, превосходящих ростом и, увы, не всегда умом своих родителей. Убежден, что и нынешние дозы радиации, которые мы получили и получаем, все еще находятся в пределах так называемой неспецифической стимуляции. Это видно и по великолепному развитию растительности в зоне Чернобыля и за его пределами, в Киеве, например. Несмотря на жару и засуху, травы, деревья, кустарники, полевые культуры росли невероятно хорошо. В случае, если бы уровень радиации превышал те нормы, о который я говорил, растения погибли бы.

Радиоактивность всегда была, есть и будет в окружающей нас природе (космическое излучение, распад естественных радиоактивных элементов земной коры, радиоактивные загрязнения, допущенные человеком). Действие радиации на людей и иные живые организмы зависит от их возраста, физиологического состояния, от дозы внешнего или внутреннего облучения. Высокие дозы вызывают лучевую болезнь. Но за пределами Чернобыльской АЭС получить их практически невозможно.

Средние дозы могут вызывать генетические изменения у потомства (мутации) и разного рода онкологические заболевания, особенно у молодых, интенсивно развивающихся организмов. Зависимость здесь чисто статистическая: чем выше радиоактивный фон, тем большее количество пострадавших. При нынешних условиях радиации этот процент, вернее, сотые и тысячные его доли даже определить невозможно на фоне аналогичных заболеваний - настолько он незначителен: всегда рождается какое-то количество неполноценных детей и какое-то число людей заболевает раком. Это обуславливается очень многими причинами, среди которых не на последнем месте - пьянство, курение, привычное и не слишком беспокоящее нас загрязнение окружающей среды копотью и химическими отходами, стрессы, ненормальное питание и т.д. Среди сонма этих опасных факторов радиоактивность играет далеко не самую главную роль.

В общем, причин для паники нет. Но оснований для благодушия и беспечности - тоже. Ведь и незначительные дозы радиации могут неспецифически угнетать жизненные процессы, скажем, устойчивость к обычным заболеваниям дыхательных органов, пищеварительной системы. И даже крошечные концентрации, в 4-10 раз превышающие естественный фон, могут оказывать стимулирующее влияние...

Всем понятно, что авария на Чернобыльской АЭС - большая трагедия, зацепившая своим черным крылом нашу страну, наш народ, наш земной шар. Постыдно, когда организаторы телевизионных "урашапкозакидательских" и туманных выступлений превращают трагедию в какой-то легкий фарс.

- В эти осенние дни в Киеве можно увидеть зрелище, словно срисованное с плакатов по гражданской обороне (кстати, Чернобыль продемонстрировал всю бессмысленность этой настенной наглядной просветительской агитации!) Люди в резиновых сапогах, перчатках, упакованные в брезентовые робы, с респираторами на лицах собирают в полиэтиленовые мешки опавшие на землю листья. Это - дворники, которые бригадами по несколько человек проводят дезактивацию своих микрорайонов. Можно увидеть и другую картину: люди в партикулярном платье, без всяких респираторов и прочих радиационно-защитных регалий выполняют такую же работу. Это - студенты и сотрудники НИИ. Очевидно, их убедили, что, в отличие от работников коммунальной службы, им радиация не опасна. Более того, в наш корпункт "Литературной газеты" пришло письмо, что под Киевом, в Ирпенской школе № 3, после выступления А.М. Касьяненко по телевидению и его заверении в том, что с точки зрения радиационного заражения листья не представляют никакой опасности, на их уборку брошены ученики младших классов...

- Люди должны низко поклониться зеленым растениям - они своими листьями схватили, связали очень крупную дозу радионуклидов. Если мы их пустим по ветру в прямом, а не в переносном смысле, растопчем ногами, разотрем в пыль колесами автомашин, радиоактивные вещества уйдут из-под нашего контроля, рассеются в окружающей среде и вернутся к нам вместе с воздухом, которым мы дышим, с водой, которую пьем, с продуктами, которые употребляем в пищу.

Листья в среднем поглощают в сто раз больше аэрозолей, чем ровные поверхности. И хотя дожди действительно смыли с них часть загрязнений, все же они содержат радиоактивных веществ в несколько тысяч раз больше, чем бывает при естественном фоне. Но и это не очень опасно. Мои коллеги прикинули, что на каждого киевлянина приблизительно приходится до 100 квадратных метров зеленых насаждений, а на I квадратном метре в среднем опадает I килограмм листьев. То есть, на каждого жителя столицы получается где-то по 100 килограммов листьев. Так вот, если представить себе, что все эти 100 килограммов попали бы в человеческий организм, скажем, в виде пыли, и остались там навечно, даже при подобном невероятном допущении за 50 лет радиоактивного распада этот условный организм получил бы в общей сложности приблизительно 53 бэра.

Для сравнения напомню, что для рентгенологов, радиологов или, скажем, тех, кто сейчас занимается ликвидацией последствий аварии на Чернобыльской АЭС, за год допустимой является доза в 25 бэров... То есть при контакте с листьями мы можем получить смехотворно малую дозу радиации. Но разве не стоит попытаться избежать и этой дозы? Ведь по-настоящему пока никто не знает, какое облучение для кого можно считать безвредным. К сожалению, такая наука, как радиобиология, которая должна была бы дать ответ на подобный вопрос, у нас к этому не готова. Впрочем, это - тема для другого разговора.

Необходимо разъяснять людям, что, вывозя на захоронение павшие листья, скошенный бурьян, осадок со дна луж, мы очищаем свой дом от радиоактивной грязи. Необходимо обеспечивать их полную безопасность при проведении таких работ, потому что йод-131 уже ушел, но остались цезий-137, стронций-90 с периодом полураспада около 30 лет и многие .другие долгоживущие изотопы.

Кстати, о разъяснительной работе. Целое лето весь коллектив нашего ботанического сада косил, сгребал траву, грузил на машины, тщательно закрывая груз пленкой, чтобы ни один стебелек не выпал по дороге, не отравил местность. Мы, невзирая на чудовищную жару, надевали респираторы, резиновые сапоги и печатки, задыхались в тяжелых брезентовых одежках. Всю эту траву вывозили под Киев, на спецполигон возле села Пирогова - для захоронения. Нужны были еще и специальные талоны, все операции строго контролировались горисполкомом, райисполкомом, санэпидстанцией. Не дай Бог, чтобы хоть охапка этой травы осталась в ботаническом саду. И вот сейчас я узнал, что жители Пирогова с нетерпением ожидали наши машины: оказывается, всю эту траву они скармливали домашней скотине...

Бескультурье? Да. Но откуда оно пошло? Да вот из таких безответственных, закругленных заверений во всеобщем благополучии, с которыми выступает главный санитарный врач Украины. Я считаю, что подобные высказывания просто оскорбительны для слушателей и читателей. Нельзя говорить людям, в чьих дворах этой осенью установлены огромные мусорные контейнеры с надписью "Для листьев", что листья где вывозятся исключительно по той же причине, по которой они вывозились и в прежние годы.

Или - замена песка в детскосадовских песочниках, которая, по словам тов. Касьяненко, происходит вовсе не потому, что песок вобрал в себя радиоактивные вещества, а в порядке обычного ежегодного профилактического мероприятия. Но разве мы не помним, что именно Главное санитарно-эпидемиологическое управление Минздрава УССР издало в мае этого года памятку .для киевлян, которую я храню как раритет. Среди прочего в ней сказано: "Не допускайте игр детей на песке, а также на траве". Или: "Надо учесть, что радиоактивные вещества накапливаются на листьях деревьев и кустарников. Поэтому нежелательны выезды на природу". Что ж, теперь, по мнению тов. Касьяненко, радиации прошла сквозь этот самый песок, как вода? И неужели ему не доложили, что в хвойных лесах, куда он призывает киевлян выезжать на отдых, радиоактивных веществ осталось много больше, чем, скажем, на городских улицах?

Получается именно та ситуация, о которой говорил М.С. Горбачев на Кубани: одна правда - для узкого круга избранных, другая - для всех остальных. А ведь народ наш достаточно умен, грамотен и образован, чтобы разобраться в любой сложной ситуации и справиться с любыми трудностями, если ему верить и если его не обманывать.

- Каково ваше мнение о степени радиоактивной загрязненности продуктов питания, в частности молочных, которые киевляне покупают в магазинах и на рынке. Слухи по этому поводу ходят самые разные...

- Нy, я не специалист по части молока, и моя информация в основном тоже основывается на слухах. Поэтому я скажу о вещах общедоступных. Во-первых, попытка главного санитарного врача республики сорвать аплодисменты в связи с недопущением молочных продуктов, содержащих такой короткоживущий изотоп, как радиоактивный йод, представляется мне преждевременной. Ведь, если в молоке обнаружен йод-131, значит, попали туда и другие изотопы, описанные в периодической таблице Менделеева, период полураспада которых исчисляется десятилетиями, а то и столетиями.

Если из такого молока сбить масло и подержать его какое-то время на складах - йод действительно будет неопасен. Но станет ли от этого безопасным масло?

Во-вторых, тов. Касьяненко громогласно утверждал, что молоко, овощи, фрукты, грибы, рыба, мясо и другие продукты питания "соответствуют тем нормативам, которые введены Министерством здравоохранения". Однако при этом он замалчивал тот факт, что после аварии на Чернобыльской АЭС нормативы эти были изменены, чto планка, отделяющая опасную дозу от безопасной, значительно поднята и что, наконец, сделано это было волевым решением, а не в результате научных исследований и рекомендаций. Что само по себе выглядит столь же нелепо, как, скажем, попытка экономить зимой топливно-энергетические ресурсы путем перевода всех термометров на десять градусов "плюс".

И, в-третьих, хочу поделиться совсем уж неожиданной информацией: знаю несколько ответственных работников - страшно сказать - Минздрава республики, которые вместо того, чтобы следовать публичным указаниям своего руководства, предпочитают собственных детей и внуков поить молоком и кормить колбасой, привезенными из Москвы и других городов страны.

Думаю, что сегодня для киевлян радиационный фон представляет куда меньшую опасность, чем продукты питания. И хотя, как заверяет нас главный санитарный врач республики, продукты эти содержат так немного радионуклидов, что "ими можно просто пренебрегать", пренебрегать тли все-таки не стоит. На мой взгляд, необходимо вообще на какое-то время отказаться от пищевой продукции, изготовленной и выращенной в зоне, которая загрязнена радиоактивными веществами.

***

Казалось бы, такая беда, как авария на Чернобыльской АЭС, порожденная безответственностью, должна была бы раз и навсегда убедить всех и каждого: сегодня головотяпство обходится слишком дорого. В большом, когда к атому относятся панибратски, и в малом, когда в автобусе рядом с табличкой "При аварии разбить стекло молотком" почему-то не вешают этот самый молоток.

Но оказывается, увы, даже киевляне, которые уже на собственном горьком опыте убедились, что такое атомная беда, до конца еще не сумели осознать: главное сегодня - это чувство ответственности. Проверки, которые райинспекторы проводят на хлебокомбинатах и овощных базах, в столовых и магазинах, свидетельствуют о том, что к нашему столу, случается, попадают продукты с повышенным содержанием радионуклидов. Так, на хлебокомбинате № I летом была обнаружена партия батонов, которые не соответствовали нормам Минздрава. Но где гарантия, что это - первая такая партия? В магазинах системы "Киевгорплодовощпрома" на прилавках выявили овощи, содержащие недопустимое количество радиоактивных веществ. А сколько килограммов таких овощей продали? Было задержано немало машин с овощами, выращенными в колхозах области, когда в накладных на эту сельскохозяйственную продукцию не стоял штамп о прохождении дозиметрического контроля. А сколько таких машин задержано не было - ведь проверки проводятся не каждый день, да всех и не перепроверишь?..

Слухами об этом полнится весь город. Но почему о подобной преступной халатности узнаешь в очереди в магазине, а не из газеты? Почему мы не знаем, как наказывают и наказывают ли вообще безответственных работников, по вине которых через торговлю просачиваются продукты с повышенным содержанием радиоактивных веществ? И почему подобные случаи окутываются тайной? (Должностное лицо, официально сообщившее мне эти факты, просило не ссылаться при публикации на его фамилию, а несколько других должностных лиц вообще отказались от встречи со мной, мотивируя это тем, что разрешение на нашу беседу может дать только их вышестоящее начальство).

Кого же мы обманываем, как не самих себя! Ведь не так уж много в Киеве случаев проявления безответственности! Сотни и тысячи людей, не щадя себя, делают все возможное, чтобы уберечь жителей города от последствий аварии на Чернобыльской АЭС, где в это же самое время сотни и тысячи других людей рискуют жизнью, чтобы спасти от последствий этой аварии весь мир.

Вот почему так болезненно воспринимается сегодня проявление халатности. Вот почему так болезненно воспринимается сегодня стремление скрыть информацию или желание приукрасить ее полуправдой, исходящей от местных, доморощенных вершителей наших судеб .Уже кое-кто пытается нас уверить, что эвакуация Припяти началась лишь на второй день после аварии потому, что в первый день радиационный фон не представлял угрозы для здоровья и жизни жителей города. Еще чуть-чуть - и какой-нибудь "ответственный" товарищ сообщит нам, что и специальных костюмов у пожарных, поднявшихся в ту страшную ночь на крышу четвертого энергоблока, не было потому, что радиационный фон остался все еще незначительным. Но, может быть, если кто-то боится взять на себя ответственность за произнесенную правду, - лучше и вовсе ему помолчать!

Борис Слуцкий незадолго до кончины передал такими строками ужас смерти, грань, отделяющую бытие от небытия:

Это не беда.

А что беда?

Новостей не будет. Никогда.

И плохих не будет?

И плохих.

Никогда не будет. Никаких.

Живые люди, с точки зрения поэта, отличаются от мертвых тем, что всегда ждут новостей. Ждут информации. Честной и прав дивой. Потому что иная ни к чему.

Сергей Киселев, собственный корреспондент "Литературной газеты" по Украине

Киев, октябрь, 1986 г.

_________________________________

*Андрей Михайлович Гродзинский вместе с сотрудниками своего Ботанического сада сгребал послечернобыльские листья, как утверждали его коллеги, именно это послужило причиной того, что вскоре он скончался… Примечание автора.

"КИЯНИ"