«Когда я читаю слово «Salvе» в парадном прошлого века, я дружески улыбаюсь, приподнимаю кепку», - писал киевский поет Николай Ушаков. Речь идет об одном из самых романтических и загадочных зданий Киева, расположенном на улице Ярославов Вал, 1. Слово «Salvе» (на латыни означающее «привет!») выложено мозаикой у входа в парадное, действует успокаивающе и снимает первоначальный стресс, вызванный крылатыми чудовищами, примостившимися в эркере над входом. Пришельцы с Лысой горы выглядят настолько омерзительно, что стараешься как можно быстрее миновать жуткий портал. Надо сказать, что мало с каким зданием в столице связано столько заблуждений и нелепых домыслов, сколько выпало на долю этому дому на Ярославовом Валу.

Два «дома Штейнгеля»

Здание, построенное в 1898 году в виде средневекового замка, вызывало немало споров и разногласий в среде киевоведов. Появилась живучая легенда о некоем графе и табачном фабриканте Сальве (в Киеве действительно долгое время выпускались папиросы с таким названием), который якобы выстроил этот импозантный терем для своей любовницы и временами наведывался к ней инкогнито. Некоторые исследователи считали владельцем дома барона Максима Штейнгеля, известного предпринимателя и винодела. Да и название «замок барона» закрепилось за домом на Ярославовом валу намертво.

Хотя в конце позапрошлого века «домом Штейнгеля» назвали еще одно здание: дом на нынешней улице Воровского, 27, который и сегодня радует глаз киевлян своими готическими формами. Принадлежал он, правда, не Максиму Штейнгелю, а его младшему брату, Рудольфу Васильевичу – инженеру путей сообщения и статскому советнику, который жил здесь с 1877 по 1892 год. Летом 1877 года Максим Васильевич принял участие в строительстве новых зданий на территории семейной усадьбы, среди которых выделялся флигель, удивительно напоминающий замковые очертания дома на Ярославовом Валу, 1.

Где же на самом деле обитал старший Штейнгель? Сохранилось интересное рекламное объявление, опубликованное в киевских газетах конца века. «Виноградные вина барона М. Штейнгеля из садов имения Туихшо в Черноморской губернии. Винный погреб в Киеве, на Большой Подвальной, 3. Большой запас старых выдержанных вин. Заказы, которые передаются в погреб на Б. Подвальной, 3 почтой или телефоном №91 исполняются немедленно». Итак, барон поселился не в том доме, который сегодня ассоциируется с его именем, а в доме номер три по Большой Подвальной, которая сегодня имеет название Ярославов Вал. Очевидно, его особняк был известен всем, и когда через двадцать лет слева от усадьбы вырос замок, у обывателей не оставалось сомнений, что это дело рук Штейнгелей.

От Панамы до Киева

На самом деле обстоятельства складывались совершенно иначе. Помещик Михаил Подгорский решил не «ударить лицом в грязь» перед своими конкурентами – купцами и предпринимателями – и удивить город чем-то экзотическим. Это было то время, когда «вызревали» в проектах и Замок Ричарда, и Дом с химерами и другие архитектурные «изюминки» столицы. Выбор помещика пал на гражданского инженера Николая Добачевского, который, несмотря на свою молодость, успел объездить полмира и даже участвовал в строительстве Панамского канала. Талантливый зодчий предложил эскиз, который мог бы послужить замечательной заставкой к сказкам Шарля Перро или романам о странствующих рыцарях. Заказчик был доволен.

Но не всем нравились лирические новации мастера. У Добачевского появились недоброжелатели, начались интриги, в результате чего он был вынужден покинуть город. Фамилия Добачевского не вошла в историю Киева, как, например, Городецкого, Шимана, Шилле, Шлейфера и других прославленных зодчих. Но дивный «рыцарский замок» у Золотых ворот уже более ста лет дышит ветрами дальних странствий и напоминает о его романтическом авторе.

Сразу же после постройки здания в нем открылось популярное кафе-кондитерская, которое так и называлось – «У Золотых ворот». С 1912 года на первом этаже функционировал кинотеатр. Если присмотреться к торцевой части дома, можно обнаружить геральдический щит со скрещенными шпагами, даже близко не похожий на родовой герб Штейнгелей, на котором были изображены львы, орлы и косули в сочетании с королевской короной. Оно и понятно, если мы снова вспомним, что барон не имел никакого отношения к замку, который столь устойчиво ассоциируется с его фамилией. Имя же помещика Михаила Подгорского вернулось из забытья только недавно.

Экскурсии по пустому дому

С двадцатых годов прошлого столетия, и до самого последнего времени, «замок барона» представлял собой дом с коммунальными квартирами. Коммунальная жизнь, может быть, и не была особо привлекательной, но все-таки дом располагался в очень выгодном месте, в самом центре города. Посему эпопея с выселением жильцов коммуналки, развернувшаяся около десяти лет назад, была очень напряженной и самым настоящим образом напоминала военные действия с отключеньями воды и света. В начале двухтысячных годов «замок барона» был освобожден от жильцов. С того времени дом стоит пустым, но под охраной.

Сейчас охрана дома на Ярославовом Валу заметно усилилась, постороннему человеку пройти сюда практически невозможно, хотя еще не так давно с охранниками можно было полюбовно договориться. Например, члены клуба «Интересный Киев» совершили несколько экскурсий по отселенному дому.

- С одной стороны, в «доме Штейнгеля» впечатляют огромные размеры комнат и огромная высота потолков, – рассказывает лидер «Интересного Киева» Арсений Финберг. - С другой, – в здании самым причудливым образом переплелись остатки былой роскоши и одновременно с тем следы старой коммунальной квартиры. Кое-где можно увидеть простенькие советские люстры, привешенные к потолку с шикарной лепниной или огромные кухни, перегороженные фанерой. Лепнина, камины - все это осталось в более-менее приличном виде. Камины вообще являются фирменным украшением этого дома. Собственно, по замыслу строителей один этаж должна была занимать одна квартира из десяти-пятнадцати комнат. А вот на первом этаже комнаты, наоборот, маленькие, проходы узкие, так как эти комнаты предназначались для прислуги.

Дмитрий ЛАВРОВ, Николай ПОЛИЩУК, "Газета по-киевски"