Цена высшего образования

Фоторепортаж из общежитий вы можете просмотреть здесь.

Для наглядности корреспондент УРА-Информ побывал в убогом (иначе вряд ли скажешь) корпусе студенческого общежития №4 Национального Медицинского института им. А. Богомольца и в комфортабельном общежитии № 20 Киевского института международных отношений.

Зайти к медикам мне посоветовал знакомый:
– Сходи посмотри, не пожалеешь. Тем более что в 4-ом общежитии санитарные нормы отсутствуют напрочь – и это у будущих врачей-санэпидемиологов!

Стаи голодных собак, мусор, склеенные скотчем окна общежития, сохнущее белье на окнах – привычная картина для студентов. Проходим в корпус беспрепятственно. В холле мое гиперчувствительное обоняние мгновенно улавливает несвежие специфические запахи. Полутемный коридор, грязные двери, стены с налетом не то грязи, не то плесени, поломанные стулья – все это можно заметить невооруженным взглядом. Миша (имя изменено – авт.) – наш гид по общаге – показывает читальный зал:

– Здесь мы занимаемся. Но, поверьте, не всегда можно сосредоточиться, когда в комнате общается пять человек.

И действительно, отсутствие уюта в читальном зале не особо способствовало восприятию медицинских предметов – уж больно скучно и вяло студенты перелистывали талмуды.

Следующей в наше поле зрения попала кухня.

– Сегодня здесь еще чисто, – продолжал рассказ Михаил, – а вообще, мусор частенько простирается от умывальника и до самого подоконника. Мышки иногда пробегают. На тараканов уже не обращаем внимания. Санэпидемстанция если раз в год приедет – это большой праздник, а так травим «квартирантов» сами. Правда, не все соседи участвуют в подобной процедуре, поэтому паразиты кочуют из комнаты в комнату…

Поднимаемся на второй этаж. Наш гид приглашает в комнату, где, кроме него, проживает еще четверо сотоварищей.

В комнате у Михаила вдоль стен стоит 4 кровати. А под столом мы замечаем свернутый матрас: на нем спит пятый студент – подселенный первокурсник. Настораживает обстоятельство обременяющей тесноты: двигаться по комнате невозможно. Расстояние между столом и кроватью не превышает 20 см.

Ремонт студенты, если попадают в убитую комнату, делают за свой счет. Столами, стульями, шкафами, кроватями, необходимым студенческим инвентарем зачастую не обеспечивают. Есть стол или кровать – радуйтесь, нет – привозите сами. Среди студентов ходят слухи, что на оплату за проживание закупается все необходимое оборудование, да только не все завозится по назначению.

– Деканам и преподавателям газовые плиты тоже пригодятся, – шутят обитатели общежития.

Белье и одеяла выдают. Правда, на них не хочется даже смотреть, не то что спать. Белье – желтое со специфическим запахом, а одеяло не всегда выручит (об этом позже). Зимой температура в комнате 7-10 градусов, и студентам приходится спать в одежде.

– Я очень часто болею ангиной, – рассказывает неожиданно пришедшая гостья Михаила Валя. – В очередной раз, когда я заболела из-за зверского холода, пришлось с чаем прижаться к обогревателю. Вдруг откуда ни возьмись в дверях появился комендант и накричал на меня. Хорошо, что старшая сестра за меня заступилась, объяснив ситуацию. Иначе меня могли спокойно выселить. На окнах с внутренней стороны часто образуется толстый слой инея, – добавляет девушка. А мы замечаем, что во многих комнатах поломаны оконные рамы, и лишний раз убеждаемся, что студентам действительно несладко.

В комнате Михаила совсем не видно розеток:

– Их всего две, – отвечает Валя. Одна – под холодильник. Вторая нарасхват – и для компьютера, и под утюг, и воду иногда подогреть.

После обхода больниц, различных инфекционных отделений, у студентов-санэпидемиологов возникает естественное желание просто принять душ. Да не тут-то было. Его уже около трех месяцев ремонтируют постоянно пьяные мастера. Как рассказали нам студенты, подвешенным на веревке одеялом они отделяют душ от комнаты для умывания. Половина студентов умывается, стирает, другая – обливает себя из тазиков. Зачастую бывает так, что парень, например, чистит зубы, а девушка принимает душ. И если мальчик высокий, то все прелести, естественно, он заметит.

– Когда душ работал, – вспоминает Валя, – очередь набегала порой до 30 человек. Во многих душевых кабинках были сорваны краны. Из 7-ми только у 4-х работали распылители. На пол вообще боимся становиться оголенными ступнями: грибок заведется – не выведешь.

В общежитиях есть специальные комнаты, где студентам предоставляется ванна для стирки одежды. Но молодежь предпочитает стирать в личных тазах – брезгует.
В туалетах, которые хоть и моются ежедневно, студентов не устраивают старые коммуникации и отсутствие дверей у кабинок.

Комната площадью 18 метров по закону рассчитана на 3 человек, т.е. 6 квадратов на каждого. Это в теории. На практике в комнате обитает по 5-6 человек. Заселяют «нелегалов», естественно, без предупреждения. По словам студентов, такса, которую получает комендант либо стоящее за ним лицо за подселение, составляет 200-300 долларов. Правда, студенты не понимают, почему нелегалов подселяют именно к ним, а не к старостам этажей и непосредственно к старостам самого общежития, ведь эти лица живут в комнате поодиночке.

В экстремальных условиях люди обычно становятся сплоченнее – развивается высокий порог доверия. Но в сегодняшних общагах законы не писаны, и студенты здесь не доверяют никому.

– Мобильники, кастрюли и джинсы – предметы-лидеры среди украденного в общаге, – подытоживает рассказ наш гид…

Для большего контраста мы посетили общежитие №20, где проживают студенты КИМО. Первое, что мы услышали из уст обитательницы корпуса:

– Тут я чувствую себя, как дома. Условия просто замечательные и цена за проживание приемлемая.

Кстати, что нас удивило, плата за проживание у медиков и международников почти одинаковая – 59.50 и 60 грн соответственно. Пропускной режим в общагу КИМО более жесткий, чем в медобщежитие. Охранник не пропустит вас через автоматизированный турникет без провожатого. Гостей, как и в остальных общежитиях столицы, можно принимать до 22:00. Погулять и задержаться разрешают до часу ночи.

Первое, что завораживает при входе, – это чистота. Воздух, стены, полы, потолки – свежие и ухоженные. На кухне аккуратно выложена розовая плитка под мрамор.

– В комнате у нас проживает по 2 человека, – рассказывает студентка КИМО Аня. – Стол, стулья, кровати, шкафы нам выдали. Холодильник и компьютеры мы завезли сами. Вода и свет есть постоянно. Санузел хоть и смежный, но не общий. Имеется также просторный балкон, две кладовки для посуды, пылесос и дымоулавливатели. Правда, курить, как и везде, в общежитиях запрещено. На потолке замечаем симпатичную люстру, увешанную серебристыми кленовыми листьями. В отличие от корпуса КИМО, в общаге мединститута им. А. Богомольца прикручены либо старые советские плафоны, либо голые лампочки на замызганном проводе.

Ко всем положительным сторонам студенческой жизни международников можно смело причислить еще и отсутствие воровства.

На наши вопросы «Сложно ли попасть в общежитие?», «Как с нелегалами?», «Дают ли коменданту взятки?» опрошенные студенты отвечали, что места в общежитии КИМО действительно ограничены, а «нелегалы» не проживают. Насчет взяток коменданту молодые люди утверждали:
– Ходят слухи, что из-за ограниченности мест и комфортабельных условий подобное явление возможно. Ориентировочная такса колеблется в размере от 500 долларов и выше.

Чтобы хоть как-то разъяснить ситуацию с проверками санитарно-эпидемиологических норм, с ремонтами, с переполненностью студентов в университетских общежитиях г. Киева, УРА-Информ на протяжении недели пыталось взять комментарий у проректоров, у директора студенческого городка и представителя городской Санэпидемстанции.

Первым позвонили в приемную Национального медицинского института им. А. Богомольца и попросили соединить нас либо дать контактные телефоны проректора. В ответ же получили только контакты директора студенческого городка:

– Директор лучше ознакомит вас с информацией, – мотивировали в приемной.

Секретарь директора студенческого городка на протяжении трех дней мягко отсылала нас фразами: «Перезвоните завтра», «Директор только что отлучился», «Он вот-вот будет». Раскусив тактику скрытого отказа, чтоб нам все-таки перезвонили, когда директор будет на рабочем месте, мы оставили свой рабочий номер телефона, но звонка так и не последовало.

В службе Городской СЭС, чтоб получить комментарий специалистов, необходимо было устное разрешение руководства. Секретарь не соединял нас с главврачом несколько дней, уточняя, что она на совещаниях. Когда подошел срок сдачи материала, в приемной нам ответили:

– Вышлите письмо-запрос, – мол, тогда с вами и поговорят.

Самыми откровенными по «делу об общагах» оказались непосредственные свидетели – студенты. Им нечего да и не от кого скрывать, – приходится только терпеть и выживать на протяжении пяти-шести лет в экстремальных условиях современных университетских общаг Киева.

Елена ТОЛОЧКОВА, УРА-Информ