Что-то все же смущает ученых в этой истории, недаром споры вокруг нее ведутся уже много десятилетий, озвучивая самые неожиданные гипотезы. И самая, пожалуй, загадочная фигура из всей четверки основателей Киева – Щек. Если Кий был то ли князем, то ли перевозчиком, а то и монопольным владельцем единственной на Днепре паромной переправы – все-таки человеком, брат его умудрился вдохновить исследователей на совсем уж экзотические "нечеловеческие" версии.

"Российский академик Борис Александрович Рыбаков, вслед за языковедом Николаем Яковлевичем Марром, само имя Щек трактовал как "змей", – говорит научный сотрудник Института философии НАНУ, кандидат исторических наук Юрий Писаренко. – Тогда получается, что Щекавица – всего-навсего гора, где водятся змеи". Отсюда и возникшее в народном сознании представление, что именно там находится могила "вещего" Олега, погибшего от змеиного укуса. А в той же "Повести временных лет" под 912 годом о его погребении на этой горе говорится как о вполне реальном событии. "И плакашася людие все плачем великим. И несоша, и погребоша его на горе, еже глаголется Щековица. И на Щековице могила его и до сего дни". Однако археологи много раз пытались отыскать эту могилу – безуспешно.
– Откуда вообще взялся этот "змей", Юрий Георгиевич?
– Из одной работы Марра, касавшаяся истории Армении VII –VIII веков. У них в так называемой "Истории Тарона" есть сказание об основании города Куары тремя братьями: Куаром, Мелькеем и Хореаном. Похоже, армяне это сказание узнали от славян – и сама ситуация, и имена подозрительно напоминают наши, а по лингвистическим данным, которые приводит Марр, Мелькей, как и Щек, означает "змей" (кстати, "Хореан", по этим же данным, – не что иное как "лебедь"). У Марра вообще очень сложные все эти этимологии, но при этом достаточно убедительные. Кстати, в древнерусском языке было слово "щекотать" (ничего общего с нашей "щекоткой"). Оно означало "производить тихие звуки, пошипывания" – что-то такое шипящее, присущее именно змею. Впрочем, другие исследователи смотрят на этот вопрос еще проще, возводя название Щекавицы к понятию "крутые склоны".

Вообще, с точки зрения лингвистики, тут много темного: если тот же Кий существовал реально, почему и в Западной Украине, и в Польше, Чехии, даже Югославии такое множество названий, имеющих в корне его имя? Чуть меньше – напоминающих о Щеке, но и они имеются: всякие там Щекин, Щекичин, Щечилов яр, Щекотин. Трудно предположить, что все эти населенные пункты могли основать один или два человека. Разве что речь идет о неких вождях или даже божествах – такие вот общеизвестные древнеславянские герои, в честь которых на огромной территории назывались поселения?

– А вы-то сами как думаете: были реальные Кий со Щеком?
– По-моему, все-таки нет. Хотя, например, мой первый научный руководитель академик Петр Петрович Толочко считает иначе. Недавно он на полном серьезе подтвердил в своей новой работе глубокое убеждение, что наш город был основан легендарными тремя братьями и сестрой. Если так, Щек действительно жил на Щекавице, только вот находиться она могла не там, где мы привыкли считать, а недалеко от Львовской площади, в районе нынешней университетской обсерватории.

Дело в том, что когда-то это название воспринималось в гораздо более широком смысле – к щекавицкому массиву относилась не только сама гора на Подоле, но и вся окружающая местность. Это можно довольно легко просчитать по летописным сообщениям ХII века об обороне города от нападений очередных князей-претендентов на киевский престол (таких нападений было несколько). О том же свидетельствуют и более поздние материалы – скажем, документы XVI–XVII веков, определяющие право собственности на земельные участки. Даже из беглого описания того или другого участка становится ясно, что урочище Щекавица распространялось на так называемый Кудрявец – весь склон, где сейчас находится больница ученых, и дальше, за нынешнюю Львовскую площадь. Так что могила вещего Олега на Щекавице, возможно, еще будет когда-нибудь найдена.

СПРАВКА

Кий, Щек и Хорив – три брата, полянских князя, построили город на Днепре и назвали его именем старшего брата Кия. "Повесть временных лет" рассказывает об этом событии под 854 годом, замечая, что "были те мужи мудры и смыслены". Арабская летопись сообщает об этой же легенде под 737 годом. Археологические материалы позволяют датировать основание первого укрепления на Замковой горе рубежом V–VI веков. Там, в частности, найдена монета византийского императора Анастасия (491–518 г.). Согласно Никоновской летописи, Кий "ходил к Царьграду силою ратью". Об остальных же братьях столь достоверных подробностей нет. "Щек, Хорив и Лыбедь – легендарные личности, которые могли и не существовать, ибо о них ничего, кроме имен, больше неизвестно", – писал историк Николай Костомаров в "Преданиях о родоначальниках" (1873). Ему вторил профессор Дмитрий Иловайский: "Таких исторических личностей, как Щек и Хорив, русская история не знает" (1876). Однако польский историк XV века Ян Длугощ считал их реальными: "После смерти Кия, Щека и Хорива, наследуя по прямой линии, их сыновья и племянники много лет господствовали у русских, пока наследование не перешло к двум родным братьям Аскольду и Диру".