Беспредел: их посадили в "обезьянник" ни за что

Вчера поздно вечером кто-то разбил стекло в здании посольства РФ. Двое моих знакомых, возвращаясь с репетиции, имели несчастие попасть "под руку" представителей милиции, жаждущих найти виновников.

Рассказывает Александр:

"Мы вышли от Андрея где-то в двенадцать ночи. Идти нам недалеко обоим, мне - на Южный Вокзал, Сергею - на Политех, решили пойти пешком. Прошли одну остановку, Сергей предлагает остановиться и выпить пива, я соглашаюсь. Покупаем, садимся на лавочке прямо на остановке и сидим, общаясь, так где-то часа полтора. Подъезжает "бобик", из него выходят человека три или четыре в милицейской форме и устраивают обычный скорый опрос и обыск – типа, документы, по карманам и т.д. Не находят ничего подозрительного. А потом возьми в лоб да и спроси: "Вы зачем окно-то разбили, признавайтесь? А, впрочем ладно, поехали на опознание. Опознаетесь - будет попандос. Так и сказали".

Мы подумали  тю, а почему бы и нет, кто нас опознает-то?.. Приехали (Соломенское отделение – прим. авт.), а в роли свидетеля там был другой постовой милиционер. У него спрашивают: "Они?". Он щурится, говорит Сергею - повернись спиной. Далее произносит фразу что-то типа: "Хм… ага, та же длинная гитара... Да, это он", (напомню, ребята возвращались с репетиции, у одного была гитара, у второго – синтезатор – прим. авт.). После этого нас отвозят в РУВД и составляют на нас три рапорта: один индивидуальный на каждого по статье 173, один – общий. Мы продолжаем отшучиваться, не думая, что нас тут оставят на следующие почти двенадцать часов.

Потом главный инспектор нас подзывает и говорит тихо: "Ребят, у меня сейчас есть реальный шанс вас отпустить. Признавайтесь честно: вы это сделали?" Мы дружно: "Нет!". Он явно другого ответа ожидал. Через некоторое время мимо нас проходит главный дежурный по заключенным и говорит надменно: "Ну, пошли домой!" Это такая ирония, типа наш дом - тюрьма. Заводят, мы сдаем вещи, снимаем ремень и шнурки, на нас заводят протокол и личное дело, не забывая прикалываться на тему: "О, да вы музыканты" ну и т.д. Разводят нас по отдельным камерам, тут-то и начинается самый ужас.

Захожу в камеру. Открывается "картина маслом". Во-первых – из-за трупно-немыто-перегарного запаха невозможно дышать практически. Во-вторых, в камере находилось человек шесть-семь, из них бодрствующих – один, и то находящийся в состоянии практически белой горячки. Всю последующую ночь он истошно орал на дверь, чтоб его выпустили в туалет по малой нужде. Я не вижу ни малейшего места, где мог бы уткнуться, с трудом нахожу место в углу комнаты, на пересечении лавочек. Сижу, вжавшись в точку, ибо с одной стороны – чьи-то потные носки, с другой – голова грязного пьяного бомжа, умиленно дрочившего всю ночь. Так я всю ночь, сжавшись, и просидел.

Еще маленькое дополнение… Перед отправлением в камеру пан начальник сказал: "О, Синтезатор, сможешь мне Мурку сыграть или Прощание Славянки? Как нет? А ну тада марш в камеру!"

Где-то в шесть-тридцать нас всех выпускают в туалет. Начальник, видя меня, спрашивает: "Ну что, синтезатор?" В ответ: "Когда выпустите, начальник? " Он и говорит: "Сегодня", и так мерзко ухмыляется. Загоняют обратно в камеры. Через час нас с Сергеем по очереди вызывают на снятие отпечатков пальцев и ладно. Довольно неприятная штука для таких "цивильных", как я. Сержант продолжает при этом грязно шутить и пошлить.

Я уже надеялся, что после этого нас и выпустят... нет же, обратно в камеру. Проходит несколько часов и появляется оперуполномоченный. Сначала у Сергея, а потом у меня он снимает показания и записывает на бумагу. Параллельно с этим начальник смены дает нам кучу бумаг на подпись. Я, не будь дураком, в нужном месте написал, что с составлением рапорта не согласен, предъявляемое обвинение не признаю. Нас отводят обратно в камеру – но уже в другую. Новый "коллектив", новые местные "авторитеты", новая белая горячка еще пуще прежней. Просидел еще несколько часов.

В одиннадцать часов меняется смена и "великодушные" начальник и сержант еле вспоминают о нас и оформляют на выписку, продолжая стебаться. В итоге мы оказываемся на улице без шнурков и ремней, с инструментами и т.д. В это время из здания выходят уже сменившиеся начальник и сержант, и как в старые добрые времена "Оуууу, музыканты! До-ре-ми!". …У меня было 30 пропущенных звонков (телефон же конфисковали), хорошо, что когда только туда ехали, связались с родственниками и пояснили ситуацию. Они, кстати, приехали в отделение, но их не пустили, аргументируя словами "закрытая зона"… В конечно итоге мы одеваемся, шнуруемся и злые отправляемся по домам. Материться мы хотели, но уже не могли – ни физически, ни психологически – просто не осталось сил, да и нет таких слов, которым бы наше состояние можно было выразить…".

"Привлекательная" картина вырисовывается, правда? Интересно, как действовали бы сотрудники милиции в случае, если бы в том районе случилось что-то похуже, чем разбитое стекло? Выходит, обвинили бы первого попавшегося, используя в качестве "доказательства" наличие инструмента у человека?.. Может, ребятам еще и "спасибо" сказать за то, что издевались над ними только словесно??? Хотя пребывание в наших камерах давно можно относить к издевательству физическому.

Теперь милиция может спокойно ставить еще одну "галочку" в своей работе, заодно повеселившись от души над ни в чем не виновными людьми. Или вина в том, что сидели слишком поздно на улице? Сможет ли кто-нибудь дать на это ответ, а заодно компенсировать потраченные нервы и время?..

(имена в тексте изменены)

Анастасия СКРЯБИНА