Сколько себя помню, в Киеве с кошками и собаками боролись упорней и настойчивей, чем с мышами и крысами. С грызунами сражались невидимо. Приходил "дератизационный патруль", спрашивал: "Вас мыши (крысы) не беспокоят?", предлагал рассыпать отраву по плинтусам. Но никто в подвалах мышеловок не выставлял и по Подолу за крысами не гонялся! Против собак же и кошек войны общегородского масштаба начинались с каждой сменой городских властей. Первые два постановления, принимавшиеся первой же сессией горсовета нового созыва, были: а) о борьбе с бешенством; б) о борьбе с шумом. Причем под борьбой с бешенством понимали не борьбу с грызунами, вирус разносящими, а именно с собаками и котами, первыми жертвами в противомышиной обороне.

Скидок на особенности поведения каждого вида не было, животные "уравнивались в правах": все собаки и кошки без хозяина, поводка и намордника считались бродячими и подлежащими отлову, доставке в пункт утилизации и уничтожению.

Отловщики выполняли свою работу с государственной важностью на лице и безразличием к жертвам и их хозяевам. "От выработки" они получали премии, потому являлись как снег на голову, и немногим хозяевам удавалось защитить своего любимца от сачка и клещей или выкупить из "камеры смертников". Особенно доставалось котам: они не кусаются, как собаки, но порой неделями гуляют сами по себе. С хозяином прогуливается только один кот из тысячи, тогда как без владельца, поводка и ошейника гуляет тот пес, у которого хозяин — редкостный лодырь. Теперь о бешенстве. За всю жизнь бешеного кота мне видеть не приходилось ни разу, а вот пса — было дело. В самом центре Киева, в 100 метрах от Крещатика. Забежал в мой двор такой днем, зимой, в 1954 году. Крутился, как волчок, пытаясь поймать себя за хвост. Пена клочьями летела (первый признак бешенства. — Авт.). Народу было мало, но сердобольную бабку за ногу ("Иди сюда, попей водички, бедненькая") пес ухватил. И хоть была она в толстых стеганых ватных сапогах, более десятка уколов получила... Будущий замминистра полковник Вениамин Глебович Гайдамака залпом из двухстволки пса все же прикончил, а приехавшая санэпидстанция залила весь двор каким-то черно-коричневым составом. После этого случая ни один человек, ни один кот бешенством не заразился! Значит, борьба с вирусом — не уничтожение котов, а своевременная и качественная дезинфекция?

Тише, мыши, кот на крыше...

Мышей и крыс ловят и коты, и собаки, причем коты там, куда собаки не попадут. Они — последний природный барьер до контакта грызунов с человеком. Контакта, грозящего тяжелейшими заболеваниями, а то и смертельным исходом. Там, где есть "усатый-полосатый", "кардиналы" царствовать не будут! Неспроста же в Ленинград после прорыва блокады завезли 400 котов и кошек. Да, и от котов и собак можно получить "подарки". Но тут уж надо следить за гигиеной. Это сделать легче, чем разглядеть бубонную чуму, разносимую крысами. Поэтому начальники, "изживающие кошачий дух" в подвалах и теплопунктах, — вредители, потворствующие грызунам.

Так что к вопросу "декотизации" в городе нужно подходить очень осторожно: город, не желающий кормить котов, будет кормить крыс и мышей!

Хвостатые граждане Украины

Кошки и собаки, на которых оформляются ветеринарные паспорта, фактически получают гражданство. Раз так, то никто не имеет права подвергать хвостатого гражданина действиям, наносящим ему физический ущерб. Но как Барсику или Мурке предъявить свой паспорт? Ведь "идентификационных ошейников", которые не потерялись бы после первой хорошей кошачьей драки, у нас нет. До того как заняться стерилизацией животных, нужно бы сначала решить вопрос их опознавания, выдачи своего рода "аусвайсов". В правовом государстве право — категория универсальная, распространяющаяся на всех граждан страны, в том числе и на паспортизованных животных. "За бугром" над вопросом "нательных паспортов" работают усиленно, у нас же об этом — ни слова. А без правовой основы защиты животных очередная "кампания" превратится в очередную жестокость, скандалы и склоки.

Стерилизация или контрацепция?

Человек, формируя поведение животных, за образец берет свое собственное: кушать — из посуды, спать — ночью, где попало не гадить и т. д. А вот когда касается размножения... Ну-ка, если бы у всех нас были только предлагаемые ныне "братьям нашим меньшим" альтернативы? А таблеток "кошачье антибэби" в мире не существует? Если нет, то не потратить ли часть из выделенных

73,5 млн. грн. именно на их создание? Почему-то наши ветеринары об этом — ни слова, зато берутся в каждом районе устроить "приют". Но возможно ли такое, скажем, в Печерском районе при нынешней стоимости земли? Да и кто будет терпеть собачий лай? Помню, был на улице Богомольца виварий. Сколько жалоб написали жители близлежащих домов! В то же время без приютов в каждом районе милосердие невозможно: никто животное, пойманное на Бессарабке и стерилизованное в Бородянке, в любимый подвал на Бассейной отвозить не будет. Да и как определить, без соответствующего сопровождения "от и до", кто откуда и кого куда? Кроме того, хозяева должны знать, когда будет "облава", чтобы не выпускать своих животных на улицу. А чтобы все проводилось честно от начала и до конца, и отчет о том, кто пойман, где и когда, должен где-то публиковаться.

Мне кажется, что ноги у намечающейся кампании растут не от действительной необходимости, а от желания "новых украинцев" освободить для своих титулованных любимцев "жизненное пространство", чтобы никто не беспокоил. С количеством собак в городе экспериментировать проще, они ни охранной, ни "дератизационной" функции не несут. С котами сложнее: они "служат на границе". Но и с теми и с другими нужно разбираться, выписав правила и нормы. Чтобы из шумной кампании по оказанию "милосердия" не получилось очередное живодерство. Прежде, чем резать, нужно отмерять еще и еще раз. До семи раз пока явно не дотягивает...