Романтические отношения

Александр Парамонов, следователь милиции сошелся с Анной Семеновой, когда ее дочке не было и двенадцати. Двадцативосьмилетний парень отцом оказался редким – заботливый, ласковый, даже сентиментальный. Когда Леночка перешла в десятый класс, заговорили о высшем образовании, мама вздохнула – наверное, не потянем. Но Александр придерживался иного мнения.

То, что он любит Лену не как дочь, а как молодую женщину, Александр понял на ступеньках института, где первокурсница-падчерица сама объяснилась ему в любви. Тогда он не посмел ее даже поцеловать, но земля ушла из-под ног. Открылось все на Леночкино восемнадцатилетие. Девушка закатила Парамонову сцену ревности, тут-то Анна и зашла в ее комнату. Дочь в слезах, муж стоит рядом на коленях.

– Что случилось?

– Мы любим друг друга! Если хочешь, убей! – крикнул Александр.

Анна Семенова – женщина мужественная, достойно выдержала удар. Препятствий чинить не стала. И простила, и отпустила, только сказала дочери: "Ты делаешь большую ошибку!" Знала бы, что не просто большую, а роковую, может, и нашла бы способ помешать. А тогда сдалась без боя, и влюбленные тихо-мирно переехали на квартиру. Лена училась в соседнем городе, ее отчим-муж работал и жил ожиданием, чтобы увидеть и побаловать свою принцессу. Разрыв случился после окончания института. Александр опять заговорил о браке, а Леночка презрительно фыркнула: "Да какой ты муж!" И ушла, хлопнув дверью. Он – следом, но она как сквозь землю провалилась. Напрасно оббегал всю округу. Леночка вернулась только за полночь, сердитая.

– Где была?

– А тебе какое дело?

"И тогда я ей дал подзатыльник. Не больно, как ребенку. Но оскорбительно, признаюсь", – каялся Александр следователю по особо важным делам.

Право на свою самостоятельность Леночка отстояла тем, что снова вернулась к матери, лишив Александра последней надежды на брак. Но они продолжали встречаться по выходным, и мужчина неделю сидел на хлебе, чтобы накрыть для любимой хороший стол. Впрочем, колбаской и шоколадом ее удалось удержать ненадолго. Близкая подруга погибшей призналась следователю, что Леночка ввела таксу за каждую интимную встречу – пятьдесят долларов, и обе девушки не видели в этом ничего зазорного.

Трагическая развязка

Два квадратных стола и две табуретки, "пришитых" к полу. За небольшим зарешеченным окошечком – шум ветра, располагающий к откровенности. Ядовито-зеленая краска на стенах и "мебели". Злодей, маленький, спортивного телосложения человечек, на вид старше своих 39 лет, с плешью, в маечке "Адидас", говорит торопясь, будто боится, что его прервут, не дослушав. До личной встречи с ним удалось узнать, что его бывшая жена Анна старше его на четыре года, а падчерица Леночка – на шестнадцать лет моложе. Что Александр был примерным сыном, трудягой и что родня не одобряла его связи с Леночкой, жалея и любя ее мать. Внешне невзрачный, всегда неприметно одетый, он одержимо преследовал любимую. Однажды даже бывшие кореша – милиционеры – приняли Александра, несущего дежурство у ее дома, за квартирного вора. Они же во время его милицейской карьеры считали его слишком мягкотелым...

– Когда Леночка вернулась к матери, я безумно страдал, – вздыхает Александр, отрешенно уставившись в стену. – Провожал на работу (если позволяла, шел рядом), так же – с работы... "Есть деньги? Нет? До свидания!" – вот что я слышал от нее теперь. А в апреле (мне дали зарплату) предложила зайти в кафе. И сказала как бы не всерьез: "Ну что ж ты – все только кормишь. Уже пора бы и деньги предложить..."

С тех пор мы и перешли на новые отношения (она уже устроилась на работу, о которой мечтала, – психологом в интернат). Хотя и за деньги – это была ниточка, которая нас связывала... Я спрашивал ее подругу Олесю, тоже психолога: "Почему она так со мной поступает? Она же – не продажная женщина!" Олеся ответила, что Леночка, наверное, таким образом хочет от меня отделаться. Советовала оставить ее на время. Но разве я мог? Воля была парализована. Я ведь и жил-то в последние годы только ради нее...

Трагедия разыгралась жарким августовским вечером. Когда в сиреневых сумерках уютного дворика пятиэтажки раздался полный ужаса девичий крик. Сосед Семеновых, 62-летний бизнесмен, сам с десяток лет оттрубивший в колонии, не раздумывая, бросился на помощь. К своему ужасу он застиг Александра в момент соития с густо-окровавленным и уже остывающим телом. Выхватив макет пистолета, он наставил его на преступника. Но тот, оскалившись, как зверь, набросился на него с нечеловеческой, дьявольской силой. Александр проткнул защитника ножом. Придя в себя после случившегося, убийца скрылся с места преступления и профессионально грамотно уничтожал следы. Но уже через пару часов добровольно давал показания в милиции.

Монолог убийцы

– В тот день жара стояла немилосердная! Леночке захотелось освежиться и заодно показать подружке карьер, который она любила, и где часто бывала со мной. Утром мне было велено ждать у подъезда с мотоциклом. День прошел прекрасно, я заметил, что в присутствии других она относилась ко мне лучше, чем наедине. Мы договорились, что вечером снова встретимся. Я отдал Леночке долг – 50 долларов за прошлое свидание и еще двадцать – в счет предстоящего.

В шесть вечера были уже у нее – мать и отчим уехали в гости. Разрешила и мне посидеть на кухне. Потом меня послали за пивом и чипсами. По пути еще забежал за презервативами – это Леночкино было требование после того, как мы перешли на рыночные отношения. Девочки выпили литр пива, я сидел и ждал, когда Олеся уйдет. А в восемь меня прогнали, вышла ссора. Леночка начала говорить подруге, что хочет мужа и ребенка, а я не утерпел и напомнил о себе: "Вот он я, всегда готов". Но она аж задрожала от ненависти: "Не будет этого никогда. Никогда с тобой!.." Я поехал ставить мотоцикл и вернулся к ее дому на велосипеде. Начал ждать на своем обычном месте, под подъездом. В десять она пошла провожать подружку, вернулась, мы присели на корточки, стали говорить...

– Леночка, ну что?

– Нет, не сегодня.

– Завтра?

– И не завтра. Ты не нужен мне!

– А деньги?

– И деньги твои. Я найду таких, которые мне больше дадут! Гомик, урод!

Встала и пошла к подъезду. Я – за ней.

– Зачем ты меня оскорбляешь, маленькая? Ты же знаешь, Леночка, что я не гомик!

– Так я найду таких знакомых, которые тебя им сделают!!!

А дальше я ничего не помню. Только крики, руки, ноги... Потом – дуло пистолета прямо перед моим лицом... Откуда он взялся, этот мужик? И снова – крики... Я и забыл, что у меня в кармане лежит нож, на вид не страшный, лезвие – десять сантиметров, я им резал дыню на карьере...

...А потом вижу свою Леночку – она лежит, а я пытаюсь поднять ее на велосипед. Но бездыханное тело такое тяжелое! До сих пор не могу поверить в этот кошмар: мне кажется, она жива!..