Криминальная хроника сообщала: пойманы воры-гастролеры; задержанный за стрельбу из пистолета доказал, что "оного у него не было, а стрелял он из ракетницы, проданной ему неизвестным парнем"; обвиняемая в "подбрасывании кошельков" сбежала от сопровождавшего ее городового. О несчастных случаях на дорогах не сообщалось. Все, как и в наше время, за исключением автомобильных аварий.

Отчеты о политических дебатах привели в умиление. Повеяло таким родным и знакомым, что навернулись слезы. Заявления правых, отповедь левых. Вечернее заседание, утреннее заседание. Некто господин Новицкий докладывал о расследовании чего-то похожего на коррупцию. В речи встречались хорошо знакомые слова и выражения: "взятки", "не оставлять следы", "редко удается" и т.д. Речь была эмоциональная: "Некоторые левые элементы хотят отнять у нас намытое не без больших трудов и усилий золото, чтобы сделать его достоянием народа. В равной степени отнять наше золото стремятся и правые, но совершенно для другой цели – хотят зарыть его в могильный склеп, чтобы оставить народ среди того мрака и невежества, которое представляет собою волостной (в наше время районный) суд". Как видим, время идет, меняется только "обертка", но человеческие страсти неизменны.

Отдел объявлений: все как у людей

Киевская губернская управа приглашала на работу инструктора с практическими и теоретическими знаниями, желательно с сельскохозяйственным образованием для ведения дела в учреждениях мелкого кредита и потребительских обществах. Обещали 900 руб. в год, при разъездах 2 руб. 50 коп. суточных и разъезды за счет Земства. Были и другие, как сегодня говорят, вакансии.

Мануфактурный магазин "Жук, Дмитриев и К", Прорезная 17, "извещал господ покупателей о громадном получении мануфактурных товаров, закупленных большими партиями на иностранных фабриках". Мы с подругой старательно изучили список товаров. Названия тканей ставили в тупик, зато цены радовали. Бумазея – 15 коп., мадеполам – 14 коп., вигонь – 23 коп, плюшевые одеяла – 4 руб. 25 коп.

На улице Прорезной сосредоточились врачи: пять объявлений мелким шрифтом от венерологов. Зубные врачи не скрывали своей профессии и писали объявления большими буквами, предлагая лечение, удаление и новые зубы по разумным ценам: совет – 30 коп., пломба от 50 коп., искусственный зуб от 1 руб. Как видим, обтекаемая формула: "цена от..." в ходу была задолго до нас.

Студенты искали место репетитора и наперебой предлагали обучать французскому, немецкому и математике.

Криминальная хроника сообщала: пойманы воры-гастролеры; задержанный за стрельбу из пистолета доказал, что "оного у него не было, а стрелял он из ракетницы, проданной ему неизвестным парнем". Все, как и в наше время, за исключением автомобильных аварий

В разделе "Квартиры и дачи" набралось полтора десятка объявлений о сдаче в наем помещений. На Большой Дорогожицкой дешево сдавались две комнаты (можно с обедом), на Щекавицкой – 4 комнаты (спрашивать управляющего). Крещатицкий переулок, 8-Б предлагал "2 и 1 комн., можно с кухней и ванной, отдельный вход".

Где эта улица, где этот дом?

Не так просто сейчас найти старую улицу даже в справочнике, иногда надо знать ее прежнее название, ведь справочники не успевают за сменой названий. Во все времена любимым занятием власти было смена вывесок. Бульвар Шевченко переименовывали 5 раз, улицу Гончара – 6, ул. Богдана Хмельницкого – 4 раза.

И все-таки уцелевшие уголки пока есть. Мы убедились в этом, когда отправились "по следам газеты" в город. На месте мануфактурного магазина (Прорезная, 17) сегодня находится Молодой театр. Сохранились старые здания и на противоположной стороне улицы. Переулок Крещатицкий теперь называется по-другому – Шевченковский. Дома 8-Б нет, на его месте стоит огромный золотистый куб банка.

Одноэтажный домик в центре

А вот дом 8-А по бывшему Крещатицкому переулку уцелел – отгороженный от улицы высоким забором, он сохраняет обаяние прошлого. Сегодня тут находится очень милый музей. Небольшой фруктовый сад зацветает каждую весну. Из старых деревьев осталась только шелковица, ей уже 200 лет.
Здесь нет музейной помпезности. В прихожей очаровательная изразцовая печка. В комнате, где жил Шевченко, скромная обстановка: письменный стол, небольшой диванчик, этажерка. В красном углу – икона. За этим столом Шевченко написал "Лилею" и "Русалку". Он много рисовал, когда жил в этом доме. Сохранились только три картины: Аскольдова могила, Александровский костел и вход в Киево-Печерскую лавру. В книжном шкафу – Шекспир, Мицкевич (Шевченко читал его в оригинале), Вальтер Скотт и Библия, с которой поэт не расставался. На столе трубка из слоновой кости – рождественский подарок Костомарова. В мастерской хранятся подлинные кисти и краски, инструменты для гравюр и кожаный этюдник Тараса Григорьевича. Такие были у всех художников-академистов.
Сюда стоит прийти, чтобы встретиться с Шевченко, не превращенным в икону, и почувствовать подлинную атмосферу ХIХ века.