– Эту пропажу сотрудники музея обнаружили практически случайно, – рассказала начальник столичного управления культуры Светлана Зорина. – Зная сложную судьбу музея, оставшегося без помещения после эвакуации из Кловского дворца в марте 2005 года, заместитель мэра Виталий Журавский предложил сделать каталог экспонатов, хранившихся в ящиках, чтобы устраивать передвижные выставки. Но директор Тамара Хоменко стала часто болеть, и работа не двигалась. А так как ее контракт закончился, мы не стали его продлевать. Проверка возобновилась с назначением нового директора. Целого списка работ просто не оказалось в наличии. Поэтому срочно устроили полную инвентаризацию живописи. В итоге выяснили: пропало 111 картин!

– Девять полотен автора Сергея Шишко по документам, подписанным бывшим начальником управления культуры Александром Быструшкиным, были использованы для оформления кабинета столичных чиновников, – продолжает Светлана Зорина. – Еще раньше на имя экс-заместителя главы администрации Галины Менжерес были выданы 16 картин Шишко. Эти договора давно просрочены…

Бывший директор музея Тамара Ханенко не видит в происшедшем своей вины:
– Спрашивайте о картинах у сотрудников музейных фондов. Я полотна не выдавала, а только подписывала документы. В музее еще идет инвентаризация, так что о пропаже заявлять рано. Я крайне отрицательно отношусь к подобной практике выдачи музейных ценностей, но, как человек зависимый, не могла сказать "нет".

А вот Александр Быструшкин иного мнения.

– Я не вижу в этой практике ничего плохого, – уверен экс-начальник управления культуры, а ныне начальник гуманитарной службы при Секретариате президента Александр Быструшкин. – Раритеты годами лежали в запасниках, где их никто не видел. А в кабинете городского головы, в Кабмине и Мариинском дворце, куда их передали, бывают гости со всех стран мира. Они видят творения Сергея Шишко, Екатерины Билокур, других украинских авторов. Так мы пропагандируем украинскую живопись. При нарушении правил хранения договор разрывается, экспонаты возвращаются музею.

"Полотна пропали после переезда мэрии на Крещатик, 36"

Обнаружив на акте выдачи от 3 августа 1992 года подпись экс-заместителя главы столицы Галины Менжерес, "Комсомолка" обратилась к ней за комментариями.

– Вы концов уже не найдете, – сокрушается Галина Николаевна. – Я брала картины еще при Иване Салие. Тогда отношения между людьми строились на доверии. Мэрию переселили в здание на Михайловской площади, где сегодня находится МИД. Салий попросил меня отобрать в музее пейзажи Киева. Мы их развесили в кабинетах замов главы столицы (тогда эта должность называлась представитель президента Украины в Киеве). Лучшие работы отдали Александру Тараненко, еще заму по строительству Анатолию Павловичу, только фамилию не помню. Но потом вышел указ Леонида Кравчука переселить горсовет на Крещатик, 36. После переезда я не нашла некоторых полотен. Заместители градоначальника менялись очень часто и уходили, прихватив картины. У меня сохранились два пейзажа Шишко, которые я забрала из кабинета Ивана Салия.

"Комсомолка" направилась в Музей истории Киева. Директор Инна Евецкая повела показывать музейное хранилище.

– Когда музей переселяли в Украинский дом, все экспонаты срочно паковали в опломбированные ящики. Они до сих пор там, – рассказывает директор.

Мы проходим по выставочному залу, где железные коробки наставлены друг на друга в 6-7 рядов.

– В таких условиях сделать сверку наличия фонда крайне сложно. Но мы проверили накладные и выяснили: сколько ящиков запаковали, столько в Украинский дом и прибыло. Так что картины были утрачены еще до переезда. А сегодня пейзаж Шишко на аукционе стоит около $100 тыс. Надо попытаться найти эти работы. В акте сверки наличия живописи есть пункт: "не выявленные при сверке". В музее этих полотен нет, но, может, они до сих пор висят в кабинете какого-то чиновника? – высказывает предположение Инна Ивецкая.

– Так почему не обошли все комнаты? – удивляюсь я.

– Пытались, но нас мало куда пустили и не скрывали раздражения…

– А когда увольнялись бывший главный хранитель и директор музея, разве они не должны были отчитаться за вверенные им памятники культуры?

– Тамара Ханенко ушла, так как ей не продлили контракт. Учитывая положение, в каком оказался Музей истории Киева, провести сверку было невозможно. У нас все в ящиках. Чтобы добраться до нижнего, нужно все перекопать. Мы заложники ситуации.

"Музеи превратились в пункты проката ценностей"

Листаю акт сверки наличия фонда "Живописи", датированный 19 июня 2008 года. Впечатляет сам перечень пропавших экспонатов: картины XIX века, портрет Головина XVIII века, 8 икон XIX века, 24 пейзажа Шишко и один Пламеницкого. Еще около полусотни менее известных Ткаченко и Клыкова, а также весьма успешно продаваемых Коновалюка и Морозовой. Навскидку получается, что пропали экспонаты на сумму около $5 млн!

– Неужели история закончится банальным списанием экспонатов из музейного фонда? – спрашиваю у начальника управления культуры Светланы Зориной.

– Нет, уже есть распоряжение Леонида Черновецкого о передаче дела в правоохранительные органы. Но меня удручает отношение к этой проблеме людей, призванных охранять культурное наследие. Я не подписала ни одного документа на выдачу картин для кабинетов. Подобную практику считаю порочной. В западных музеях такого нет. А у нас понятие воровства подменяется халатностью. Желающему поживиться достаточно найти чиновника, который подпишет документы на выдачу во временное пользование музейных картин. А потом за их сохранностью уже никто не следит, еще и страховая стоимость занижена. В 2005 году пейзажи Шишко оценили по $10-15 тыс. каждый, а сейчас они продаются не меньше чем за $50 тыс. Можно внести их страховую стоимость и "закрыть" проблему, заработав при этом кругленькую сумму.

В итоге государство потеряло первоклассную коллекцию. Ведь через несколько лет за эти имена будут платить миллионы. Поэтому нужно издать указ о сверке музейного фонда по всей стране. Уверена, подобная прокатная практика внедрена повсеместно и угрожает культурному запасу государства.

"Комсомолка" поинтересовалась, выдает ли картины Национальный художественный музей Украины.

– Да, мы передали несколько полотен для оформления Кабмина, – сознался генеральный директор музея Анатолий Мельник. – Это представительский объект, где бывают иностранцы. Поэтому такая практика возможна, тем более что наш музей получает деньги за аренду экспонатов. Иностранные музеи тоже так зарабатывают. Но нужно контролировать. Я раз в месяц осматриваю наши картины. А пропажи в музее были еще до меня: исчез пейзаж Шишко из Мариинского дворца…

БЫЛ СЛУЧАЙ

Главный хранитель фондов Олесского замка на Львовщине Татьяна Сабодаш рассказала "Комсомолке", как возила скульптуру для оформления Национального банка, которым тогда руководил Виктор Ющенко.

– Виктор Андреевич со своей первой женой приехал в замок вечером, когда музей был закрыт. Но охрана меня позвала, и я, узнав чету Ющенко, провела экскурсию. Потом пригласила гостей в фонды. Мы проговорили часа два. Виктор Андреевич спросил, можно ли сделать выставку львовской скульптуры в Нацбанке на время съезда европейских банкиров. Уже из Киева он вел переговоры с нашим директором Борисом Возницким. Ющенко подписал все необходимые обязательства и перевел музею деньги за аренду. Через два месяца всю скульптуру нам вернули. Претензий к ее сохранности не было. Министерство транспорта тоже арендовало у Львовской галереи 5 картин западноевропейских мастеров XIX века. Но на следующий день после смерти Георгия Кирпы все экспонаты музею вернули.