Вера повела новых знакомых в собственную квартиру. Виктория попросила сырое куриное яйцо, две свечи и черный платок, взяла ребенка за руку и приступила к ритуалу "лечения", бормоча заклинания над тусклым огоньком...
"Целительницы" из Броваров
Грабят по-разному. На улицах, вокзалах, в метро и городском транспорте, "навешивают" доверчивым гражданам тысячные счета, "ставя на счетчик", вместо ста обменных долларов выдают один, и тот порванный... Хотя по статистике количество ограблений в столице снизилось почти на девять процентов, практически никто из нас от этого не застрахован. В тот злополучный день Вера Афанасьева (сотрудница одного из киевских НИИ) по пути в детский сад за сыном решила зайти на Минский рынок – купить продукты. Накануне она успешно защитила докторскую диссертацию и собиралась отпраздновать это событие с друзьями. Не успела мать с ребенком пройти и полквартала, как к ним подошли незнакомые женщины...
Те, кому приходилось сталкиваться на улице с цыганками, представляют, как обычно развивается диалог?
– Золотая моя, сколько времени?
– Без двух три...
– Ай-ай, что скажу тебе, красавица моя, – под Богом живешь, любовь у тебя большая есть, но жизнь трудная. Кавалер богатый за тобой по пятам ходит, а подруга за упокой души твоей свечи в церкви ставит... Покажи руку, всю правду скажу...
Стоит только остановиться – и через пять минут (со слезами на глазах) будете рассматривать собственноручно опустошенный кошелек. Но настоящие профессионалки на вокзалах и рынках не промышляют, предпочитая работать возле жилых домов, школ, детсадов, когда никто не ожидает непредвиденной встречи. У одних интересуются, где найти аптеку, других просят о помощи, третьим льстят, четвертых запугивают... Если бы к Вере Ивановне подошли цыганки, сознание автоматически включило бы сигнал тревоги. Но подошли вполне приличные женщины.
Старшая – дама лет сорока в черном драповом пальто поверх элегантного шерстяного костюма, в сапожках на высокой шпильке с тревогой в голосе сказала: "Вам нужно срочно вести ребенка к знающей бабке. Через деньги отца на сына наведена порча. Я это точно вижу. Не сделаете – к концу месяца мальчик умрет".
У Веры Ивановны от услышанного округлились глаза и задрожали руки. Она беспомощно спросила: "Что делать?" Бабкам она не верила и не ходила к ним.
Слово за слово, женщины разговорились. Оказалось, что незнакомки из Броваров, часто приезжают в Киев к больным. Обе занимаются нетрадиционной медициной, имеют специальное разрешение соответствующей ассоциации.
Одна из целительниц, представившаяся Юлией, была явно недовольна затянувшейся беседой на морозе и подгоняла спутницу:
– Викуся, мы опаздываем – нас ждут в больнице...
Как бы в подтверждение ее слов, Виктория привычным движением извлекла из кармана пальто удостоверение. Что в нем было написано, Вера прочитать не успела.
– Я вижу, вы человек образованный, добрый, – неожиданно для самой себя обратилась она к Виктории. – Может быть, поможете и мне?
Та призналась, что знает, как снять порчу. С радостью бы помогла, но сейчас очень торопится.
Услышав повторную просьбу, "броварчанка" слегка заколебалась, но вежливо ответила, что случай достаточно серьезный и на улице снять сглаз невозможно.
Была пятница, около пяти вечера, вокруг ярко горели фонари. Снег мирно падал на деревья и тротуар. Мимо женщин торопливо проходили прохожие...
Преисполненная сознанием того, что делает благородное дело, Вера повела новых знакомых в собственную квартиру. Виктория попросила сырое куриное яйцо, две свечи и черный платок, взяла ребенка за руку и приступила к ритуалу "лечения", бормоча заклинания над тусклым огоньком...
Тем временем уже никуда не спешащая Юля со знанием дела принялась собирать вещи с якобы "негативной энергетикой" в баул, дружески обращаясь к хозяйке, скромно стоящей рядом: "Вы себе представить не можете, как вам повезло, что с нами встретились. Спасем мы вашего ребеночка и станем с вами ближе, чем родные сестры".
Вера Ивановна помогала ей снимать с дивана и кресел велюровые накидки, из серванта достала хрустальные вазы и фарфоровые чашки, из шкафов вещи – свои и бывшего мужа.
Заметив на вешалке дубленку, Юля примерила ее на себя и присоединила к остальному. Увидев, что гостья ищет взглядом, что бы еще положить в пакеты, Вера молча сняла левой руки обручальное кольцо, из ушей золотые серьги (подарок на свадьбу) и все это отдала Юле...
– Мое сознание в те минуты было парализовано страхом за сына, – оправдывает себя Вера. – Все происходило, как во сне. Я чувствовала себя зрителем, не способным повлиять на ход сюжета...
Только раз запротестовала Вера Ивановна, когда Юля приказала хозяйке положить в сумку ботиночки сына.
– Пожалуйста, оставьте, Мите не в чем будет завтра идти в детский сад...
Юля милостиво согласилась.
Закончив "колдовать" над свечой, Виктория, осмотревшись вокруг, сказала, что вещей достаточно и им пора уезжать. Эскулапы нетрадиционной медицины спросили, есть ли у Веры деньги. Вера Ивановна открыла кошелек и отдала двести пятьдесят гривен, на которые собиралась купить продукты. Взяла сумку с собственными вещами и вышла с гостями на улицу. Остановила машину и заплатила водителю...
И только проснувшись утром, вдруг явственно осознала, что натворила. Позвонила приглашенным друзьям и, сославшись на то, что ей надо срочно уехать, отложила встречу. О случившемся не обмолвилась ни словом. Стыдно стало. И в милицию обращаться не стала: ведь вещи и деньги отдала добровольно!...
Только спустя несколько дней Вера решила все рассказать бывшему мужу. Он был потрясен и не мог поверить, что подобное случилось с его образованной женой, всегда трезво смотрящей на жизнь. А Вера Ивановна, холодея от ужаса, призналась:
– Если бы на тот момент они захотели забрать сына, "подальше от испорченной квартиры", я сама посадила бы его в машину...
Хотя сотрудники милиции не любят слов "гипноз", "телепатия", "внушение" и другие термины из области психологии и парапсихологии, факт есть факт. Люди добровольно отписывают квартиры сектантам, относят на благо церкви деньги и добровольно отдают грабителям и шарлатанам последнее. Подобные действия, как правило, не поддающиеся логическому мышлению, очень просто объясняет знание азов так называемого нейро-лингвистического программирования (эриксоновский, цыганский гипноз). Это своеобразное психофизиологическое воздействие, направленное на подавление воли человека с полным подчинением его психики. Как избежать этого? Да в общем-то просто, как минимум, не вступать в контакт с незнакомыми людьми, что бы они вам ни предлагали. Ни при каких обстоятельствах.
